Ну, а что вы предлагаете? Рыдать?
Круглосуточно томиться и страдать?
С тяжким вздохом просыпаться? Засыпать?
Пеплом бедную головку посыпать?

Я другое предложение вношу:
Видеть радости, подобно малышу,
Хохотать, чтоб было слышно далеко
И, расплакавшись, утешиться легко.

Ты говоришь — не видишь чуда?
Лишь дом и улицу свою?
Попробуй встать где я стою,
Попробуй поглядеть отсюда.

Ты видишь? Улица вон та
Ведёт к дверям. А в двери эти
Войдут любимый твой и дети.
Ну чем не райские врата?

Лариса Миллер

Мы поймем, года спустя,
Что всерьез, а что шутя,
И когда рыдать ночами,
И когда пожать плечами.

А пока слова лихие
Часто трогают до слез,
А пока глаза сухие,
Когда худо нам всерьез.

А пока все криво-косо,
И неприбрано в душе,
И туманно, как набросок,
Как этюд в карандаше.
… показать весь текст …

«Всё надоело, — говоришь, —
Всё надоело, надоело» , —
Твердишь. Кому какое дело,
Что ты уж больше не паришь,
Что никаких не стало сил,
Что впору лишь вздыхать устало,
Что ты тут был, мёд-пиво пил,
Ну, а потом тебя не стало?
Сюжет не нов, не нов, не нов,
И не велик улов, ей Богу:
Всего пяток каких-то слов,
Которых не возьмёшь в дорогу.
А что возьмёшь? Да ничего.
И в том печаль, но в том и чудо,
… показать весь текст …

Ещё не хватало мне повода ждать)
Возьму — и воскликну, что здесь благодать.
Возьму — и без повода, так, на удачу,
День самый обычный счастливым назначу)
Я больше судьбе своей в рот не смотрю —
Сама себе щедро подарки дарю))

Ты знаешь, что со мной случилось?
Я быть счастливой научилась.
Я научилась просто так
Сиять, как новенький пятак.
Поняв, что только для кручины
Всегда имеются причины,
А для веселья нет причин,
Взяла я на себя почин
Вести себя не слишком чинно
И радоваться беспричинно.

6 июня — день русского языка.
* * *
Я тишину перевожу
На русский, на певучий русский.
Берёза, ива, мостик узкий,
Тропа, где каждый день хожу.
А, может, мой напрасен труд,
И тишина красноречива.
Пускай молчат берёза, ива,
И мостик, и осенний пруд.

2008

Я в среду рада, что среда.
В субботу рада, что суббота.
Мне быть счастливой так охота,
Ну так охота, что беда!)))

Мне больно. Значит я жива,
И всё царапает — слова,
Молчанье, смех, поступки, взгляды,
Погоды здешней перепады.

Всё задевает. Больно мне
В закатном догорать огне.
Над головой листва и птица
И больше нечем защититься.

Когда пишу про листья и траву,
Про бабочек, что мельтешат и вьются,
То это просто я кричу «Ау!»
И жду, что чьи-то души отзовутся.
То это просто странный способ мой
Искать СВОИХ и летом и зимой.

Ты не забыл, что я тебя люблю?
Ты не забыл, что жить обязан долго?
Что долго жить есть что-то вроде долга
Друг перед другом? Как умею, длю
Наш каждый день. И ты мне помоги:
Иди со мною в ногу, не беги.

«Всё ищешь опору? Боишься пропасть?
Всё ищешь к чему притулиться? Припасть?
Напрасно. Напрасно. Незыблемых нет.
Всё зыблемо: почва и кровля, и свет.

Но знаешь в чём всё-таки здесь благодать?
Что хрупким друг к другу дано припадать.
И знаешь что надо, чтоб мир этот жил?
Чтоб хрупкому хрупкий опорой служил".

Я качаюсь на чем-то. На чем — неизвестно.
Между «все надоело» и «жить интересно».
Между «жду — не дождусь» и «не жду ничего».
Между «вот оно счастье» и «нету его».
Между «только б заря поскорее настала»
И отчаянным выдохом: «Хватит. Устала.»

А музыка нужна, чтоб вынести всё это:
И долготу зимы и скоротечность лета,
И прочее, чего перечислять нет смысла,
Чтоб не пугали нас немыслимые числа.

Страстям благодаря, на страсти не взирая —
Всегда в земном аду живёт кусочек рая.

Пора бы жить — не выживать,
А жить и вышивать по шёлку
Сквозному. Смотрит ангел в щёлку,
А значит, будут заживать
Легко и просто ранки все
И все сердечные болячки,
И, если ты не склонен к спячке,
Увидишь мир во всей красе:
И шёлк лазоревых небес,
И непримятый снежный хлопок
Извилистых, неторных тропок,
Ведущих из лесу и в лес.

Надежде всё равно, где жить.
Она в разбитом сердце даже
Прядёт подобье некой пряжи
Плетёт невидимую нить.
Пробившись сквозь ночную мглу,
Она в дому, забытом богом,
Висит подковкой над порогом,
Лампадкой светится в углу.

Неуютное местечко.
Здесь почти не греет печка,
Вымирают печники.
Ветер с поля и с реки
Студит нам жильё земное,
А тепло здесь наживное:
Вот проснулись стылым днём,
Надышали и живём.

Вы мне не верите? А зря.
Живя давно, я убедилась,
Что, сколько б солнце не садилось,
Приходит новая заря.
Я вот к чему рассказ веду:
Как есть лазурь за облаками,
Так есть и радость, коль руками
Удастся развести беду.

Такая призрачная грань
Меж «да» и «нет», меж «есть» и «было»,
Меж «я люблю» и «я любила»,
Смотри её не протарань,
Не допусти, чтоб всё слилось
В одно. Пусть будем мы на грани
Кромешной тьмы и ранней рани
И счастья, что почти сбылось.
2013