Талант не пропьёшь. Но многие не оставляют попыток.

Память — загадочная штука: я играю вслепую одновременно с тремя шахматистами, легко воспроизвожу партии двадцатилетней давности, но никак не могу запомнить номер своего мобильного телефона.

Фраза «литературный штамп» — уже тоже литературный штамп.

Тренер — это подъёмный кран, ученик — строящееся здание. Даже став выше крана, здание нуждается в нём, если желает стать небоскрёбом.

Совесть — это когда на пляже ищешь туалетную кабинку.

Тиран был демократичным: одним позволял курить фимиам, другим — петь дифирамбы.

Воспитанные палачи не имеют визитных карточек.

Главная мечта шахматных вандалов — это оказаться с белой краской в руках напротив самой известной картины Казимира Малевича.

Не глумитесь над шахматистами. Легко ли сохранить душевное здоровье, когда изо дня в день теряешь коней, бьёшь слонов, нападаешь на королев?

Не можете заснуть когда рядом храпят? Это потому что раздражаетесь. А надо мысленно говорить так: «О! Как ты красиво храпишь! А можно ли немного погромче? Это так меня усыпляет…» Проверено — действует стопроцентно.

Дети в шахматных школах более утончённые, и учителям на стул кнопки не подкладывают. Вместо этого они используют слонов или королей.

Каждый раз, когда я беру в руки пешку и двигаю её на одну клетку вперёд, меня начинает мучить совесть: а тем ли я делом занимаюсь при росте 190 см и весе 100 кг?

Избежать нежелательной эякуляции можно своевременной эвакуацией.

Учение — это не только свет, но и газ, еда, одежда…

Когда еда — беда, отказ от обеда — победа.

Чем больше женщина в обхвате, тем меньше шансов на аборт.

Халат врача без карманов — это халатное отношение к деньгам.

Знания — это скелет шахматиста, опыт — мышцы, а партии — душа.

Что было раньше — куриное яйцо или яйца петуха?

Высшее образование само по себе ничего не значит: рога — это тоже высшее образование.