Ноябрь, ноябрь, ты на кошачьих лапах
Скользнул на новый лист календаря,
Ковёр листвы усилил пряный запах,
Темнеет рано, всё поздней заря.
И не мелькнёт журавль в последнем клине,
Отправившись куда-то за моря,
А на ещё оставшейся рябине
В цвет спелых ягод — грудка снегиря…

Прячь под невидимым явное, мнимое,
зримое прячь, а к нему — ощутимое,
душу сколи невидимкой (не плачь!),
если сумеешь — подальше запрячь!
Прячь под невидимым невыносимое,
нежное прячь, а к нему и ранимое,
стань невидимкой и больше не плачь —
пусть от бессилия плачет палач!

Берёза с клёном вдруг слились
В роскошном золота убранстве,
В сиюминутном постоянстве,
Как два любовника сплелись.

Ужели ямб или хорей,
В стихах являясь формой твёрдой,
Передадут природы гордой
Красу озёр, простор морей?

А если так — передадут,
Лишь ударением сменяясь,
И слов восторга не стесняясь,
Что восхваления несут.
… показать весь текст …

А на балконе тепло, как летом,
И так же небо уходит ввысь,
А эта песня ещё не спета,
Рукой задета, лишь оглянись.

Сейчас берёзы раскрасят пряди,
А дуб помашет цветным платком,
И суть вопроса «чего и ради»
В душе осядет тугим комком.

Каштанов свечи, как будто в мае,
И одуванов второй забег.
А вы спросИте — а мы не знаем!
Сирени белой сентябрьский снег.

Не ругай меня жизнь, что беспечно-доверчива,
что не тех, не тогда, ни к чему, ни за что.
Не дано нам на карте твоей все дороги прочерчивать,
не лететь с ветерком без потерь на шикарном авто.
Нам бы просто в пути не слететь на обочину,
не застрять навсегда средь пустынных бескрайних дорог.
Нам бы в сердце своём зарастить червоточину,
чтоб и дальше суметь не бояться пускать за порог…

Слово любовь затёрто до дыр,
Но с ним всё так же рифмуется кровь.
И если любовь спасёт этот мир,
То кто же спасёт любовь?

Хочется в лодку…
На милость течения…
Трогая воду рукой…
Рябью покроется
гладь отражения…
Где-то внутри вдруг
отступят сомнения…
Мысли лениво замедлят
движения…
В чувствах наступит
покой…

Растерянность. обида и печаль.
Не грусть, не злость, а полное бессилие.
Мне так себя сегодня дико ждать,
как будто кто-то совершил насилие
над личностью, над телом, над душой,
он не хотел, но так вот получилось.
И опыт жизни — страшный и большой —
твердит: прости его, что так случилось.
Прости, иначе, если он уйдёт
Из жизни этой навсегда, навечно,
Ты никогда уже беспечно
не скажешь — это всё пройдёт…

Ах, лето, что же в имени твоём*,
Что мы тебя так трудно отпускаем?
Жара уж точно не казалась раем,
Преследуя и ночью нас и днём.

Прохлады мы просили у небес,
Но, уподобясь малому ребёнку,
За летом мы теперь бежим вдогонку,
Какой же нас сейчас попутал бес?

Ах, лето, кто же твой заветный дух?
Перед глазами роща ситцем белым,
Есенинским родным, певучим, смелым,
Что так ласкает сердце, душу, слух.
… показать весь текст …

Сделай мне птицу с перьями чёрной ночи,
с глазами цвета огней, в воде отражённых…
Выпущу птицу и пусть летит, куда хочет
над провалами улиц, во тьме бездонных.
Сделай мне бабочку с крыльями чайной розы,
с глазами цвета…
А кто их, бабочек, знает?
Выпустить бабочку? Но за окном морозы!
Пусть уж пока до лета в тепле летает…

Я написать могла бы, как зима
В весну, порой, изрядно превращаясь,
Всем путает и день, и даже ночь.
Февраль застыл, безмолвно удивляясь,
Но нам ничем не может он помочь —
Зима запуталась сама…
А время точно перешло на бег.
Уже летят не дни, летят недели.
Не так ещё давно мели метели,
Но солнце, неба синь и талый снег
Нам о весне вовсю напоминают,
И даже птицы, бедные, не знают
Ещё зима или пришла весна.
Синичкам нипочём — озорничают,
… показать весь текст …

Как хочу повеселее
Описать я наш пейзаж,
Заточила поострее
Свой любимый карандаш.
Выгляну в окно украдкой
И немедля отшатнусь —
Пусть останется загадкой
То, что знаю наизусть:
Беспредел траншей разрытых,
Мостик тут, да мостик там,
Беззащитность труб открытых,
Весь строительный бедлам.
Отопленье лихо скачет —
От тепла всего лишь след,
… показать весь текст …

Зима еще не скажет нам прощай
И кружева плести до марта станет,
И сердцу ты тепла не обещай —
Иначе вдруг судьба тебя обманет…
Не поведись на птичий разговор,
Что за окном уже вовсю о марте —
Зима не раз свой вычертит узор,
Такой знакомый на оконной карте…
Сплетая в нить привычные слова,
Гоню пока все мысли о капели —
Зима еще рисует кружева,
Что навсегда растают лишь в апреле…

Любимый День и женщин, и мужчин —
весенний праздник, не важна погода,
я назову вам тысячу причин,
чтоб праздновать его нам год от года…
Историю кто помнит, кто забыл,
а, может, кто-то вовсе и не знает,
но этот праздник в жизни победил
и до сих пор сердца нам покоряет…
Его мы отмечаем вновь и вновь,
и чтоб он длился целый год, мечтаем —
мужчины нам несут свою любовь,
а мы её с любовью принимаем!

Я тихо в Храм войду и три свечи поставлю
И каждой имя дам, что в этой жизни славлю,
Надежда и Любовь, и Вера — три святые,
Три капельки росы от солнца золотые…
Три ноты, но без них не будет песня спета,
Три блика за окном, что сотканы из света,
Три ангела моих, что за плечом стояли,
Мою забрали боль, омыли все печали.
Под колокольный звон я тихо преклоняюсь
И верю, что опять я к жизни возрождаюсь…

Угнездился страх? — Лютый зверь!
Верь!
Если наглухо чья-то дверь —
Верь!
Если горечь от всех потерь —
Верь!
Если жизнь, словно ад теперь —
Верь!
Если выпито всё до дна,
если поздно придёт весна,
ты апрелем её измерь —
Верь!

Придумал кто-то в жизни равновесье,
Чтоб по канату плавно так идти,
Возможно это путь был в поднебесье,
Но выросли преграды на пути…
Как обойти их плавно, не свалившись,
Кто вверх подпрыгнул, кто их обогнул,
А кто застрял, слезьми навек умывшись…
Но всех нас явно кто-то обманул!
Наверняка дойти до поднебесья
Не хватит никакого равновесья…
И уж тем паче всем на свете явно —
Не прыгнешь и не изогнешься плавно!

Как этой осенью то холодно, то жарко,
Волшебница, что только не смогла —
Вот клён мне полыхал под солнцем ярко,
А за ночь вдруг разделся догола…
Пошли дожди осенние уныло —
Октябрь отбил законные права,
Но вышло солнце, улыбнувшись мило,
И выросла зелёная трава…
Примчался ветер — разъярённый мальчик,
Срывал с ветвей пожухлые листы,
Но разом стих, увидев одуванчик,
Пробившийся из молодой травы!

Я вижу небо и не вижу его. Я вижу эти сочные тяжёлые листья деревьев, через которые ночью едва пробивается невыносимо яркий свет луны.

Я вижу это переплетение ветвей и такие тёплые, нежные, красивые серёжки дерева, название которого я никак не могу запомнить.

Я всё время слышу цокот маленьких коготоков пичуг по подоконнику.
Грузный и грозный полёт ворон — почти вериткально взлетающих вверх.

Я могу любоваться, не осозновая, красивыми гроздьями цветущей сирени или гордыми свечами каштанов…
«Неосознанно» — и даже это вызывает у меня стыд.

Потому что так плохо родному, любимому до боли человеку — маме.
Я не могу вслух говорить те слова, которые у меня в сердце.

Что это — чёрствость? Нет. Это робость, потому что мама сильная духом, независимая, не очень склонная к сантиментам.
… показать весь текст …