на старом чердаке
среди тетрадок, книжек,
средь кукол и машин,
отправленных в утиль,
живет мой верный друг,
мой первый третий лишний —
зверь плюшевых кровей,
по уши вросший в пыль.
в пластмассовом зрачке
застыло ожиданье
испуганно-большим —
ну как же ты смогла?
однажды ввечеру
на первое свиданье,
на полчаса /ей-ей!/,
ушла — и не пришла.
давным-давным-давно —
уже прогрызли мыши
секретный лаз в паху
и вывели мышат —
они растут во мне,
как крохотные грыжи —
грызут мое нутро
и лапы потрошат.
придешь ли ты за мной
сегодня? как и прежде —
я там же, наверху,
почти что невредим —
сижу, спиной к стене,
в большой калоше — между
поломанным ведром
и кубиком твоим.
За окном намокли ветки,
Дождь льёт, льёт дождь —
Куклу отдадут соседке!
Отдадут, не спросят, отдадут,
Отдадут, руками разведут!
У них — малыш,
Он тебя поставит в угол,
И ты грустишь.
Не бросайте, люди, кукол!
И уж скоро полночь на часах,
И у куклы слёзы на глазах.
Кукла Маша, кукла Миша, кукла Саша и Ариша,
Просто годы детские прошли...
Кукла Маша, кукла Даша, просто дети стали старше,
Просто-просто все мы подросли!