Сидя в доме своём, будто запертый джинн,
Ты не видел ни джунглей, ни снежных вершин,
Ни пустынь, ни разорванных штормом ветрил,
Так спроси у себя, для чего же ты жил?
Он не любил фатального исхода,
Но вдруг сработал принцип домино —
Фатальность в сорок три неполных года,
Нащупала в нём слабое звено.
Он не любил холодного цинизма,
Восторженности лживой и вранья,
Но циники его таланта призрак
Записывают в личные друзья.
Он не любил манежи и арены,
Когда на сцене пошлость и обман,
Но даже храм старухи Мельпомены
Порой похож на грязный балаган.
Если сможешь ответить на этот вопрос,
Пробежит по твоей дряблой коже мороз,
Кровь застынет в обрывках слабеющих жил,
И тогда ты поймёшь, что ты был, но не жил.
Велик народ республик СССР , как бы кому ни хотелось выжечь , стереть , выкупить .....
В маленьком домике, в центре Кварели
Люди за длинным столом отдыхали.
Судя по запаху хмели-сунели,
Ели сациви, гурули, хинкали,
Лобио, мцвади, ачму, чакапули,
Сыр сулугуни, уху из форели.
Пили душистое киндзмараули
И золотое, как мёд, ркацители.
Люди сидели и ели, и пили,
И от вина постепенно хмелели,
И не спеша обо всём говорили,
И заодно телевизор смотрели.
На запрещённом российском канале
Пела Брегвадзе, потом Гвердцители.
Те, кто создавали Украину,
Свергнуты сегодня с пъедестала.
Отменило следствие причину,
И в итоге следствия не стало.