Любовь, — это религия, у которой проповедником является собственное сердце.

Мудрая женщина всегда останется в тени мужчины, помогая ему раскрыться во всей полноте, не карабкаясь вперед него на духовные и светские подмостки. Именно через смирение и терпение открывается замысел Божий о роли истиной женской природы для мужчины. Женщина — это Покров для мужа, словно накинутое от мира покрывало и находясь под её покровом он становится путеводителем ко Христу.

В тихом шелесте снов пробуждается новое утро.
Разношёрстное время капризно скребёт циферблат.
Между стрелок песок бесполезных стремлений к чему-то
И нелепых движений среди суеты наугад…
Может чай заварить? У меня не осталось желаний
И вообще ничего не осталось,… сквозь серые дни
Проникает надежда, которую в сердце рождает
Только голая вера в неисповедимость пути.
Льёт из глаз глубина. Мироточат на стенах иконы
Где-то издалека… всё отчётливей эхо войны…
Спит любовь на руках, согреваясь теплом от ладоней
Безмятежно и сладко, не зная, что дни сочтены.
И придут холода, и надвинется мёртвое море
На холёную сытость лежащих во тьме городов.
… показать весь текст …

Человек — религиозное животное; единственное животное, которое любит ближнего своего, как самого себя, и перерезает ему глотку, если расходится с ним в богословских вопросах.

..
Будда не был буддистом.
Иисус не был христианином.
Магомет не был мусульманином…

Они были учителями, преподававшими Любовь.
Любовь была их религией.

Иудейская религия настаивает на уважении, в то время как христианская — на любви. Вот я думаю: не является ли уважение чувством более основательным, нежели любовь? И вдобавок более реальным… Любить своего врага, как предлагает Иисус, и, получив пощёчину, подставлять другую щеку — это, конечно, восхитительно, но не применимо на практике. И, однако же, может ли любовь быть долгом? Можно ли приказать своему сердцу? Не думаю. А вот по мнению великих раввинов, уважение является постоянной обязанностью. Вот это уже кажется мне возможным. Я могу уважать тех, кого не люблю, или тех, кто мне безразличен. Но любить их? И к тому же есть ли необходимость в том, чтобы я их любил, если я их уважаю?