Недавние археологические исследования показывают, что групповое насилие совершенно нехарактерно для несегментированных древнейших сообществ охотников и собирателей. Критическим фактором, определившим начало первых войн, был раскол общин на кланы, которые действовали друг против друга. Принципиально, что это случилось впервые в местности, достаточно благоприятной для проживания людей. там, где люди могли себе позволить иметь врагов среди соседей. Похоже, что первые войны на нашей планете, как и массовое насилие вообще, обязаны своим появлением возникновению доисторических деревень и относительно богатой общинной жизни, а также раннему делению на кланы. Такой неожиданный вывод сделали специалисты, анализировавшие результаты археологических раскопок в Мексике. Обитатели одних мексиканских деревень стали совершать набеги на другие как раз тогда, когда среди сельских жителей стало проявляться социальное расслоение. Затем эти локальные конфликты переросли в полномасштабные войны. Исследования долины Оаксаки в Мексике подтверждают теорию, согласно которой войн как таковых когда-то не было вообще, а организация набегов — то есть прелюдия к войнам — началась в сегментированных обществах с богатыми ресурсами. В течение последующих нескольких столетий отдельные части деревни обзавелись уже собственными общественными зданиями (появились, например, склады и даже бани), а набеги стали привычным. Масштабы разорения при набегах возрастали. Хронология событий показывает: то, что мы называем цивилизацией (государство, администрация, бюрократия и др.) появилось в контексте завоевательной войны. Завоевания растущей империи увеличивали ресурсы, которыми могли распоряжаться захватчики, а это в свою очередь позволяло одерживать новые победы над соседями.
Чтобы побеждать нужны ум и вероломство, умение вводить в заблуждение и провоцировать, способности анализировать и прогнозировать. Bonus vir semper tiro est (лат.) — добряка легко провести говорили древние. Как уже отмечалось, человеческие субпопуляции, не обладавшие интеллектуальными способностями к адекватному ответу на агрессию, повергаются сильному отрицательному естественному отбору. Чтобы не проиграть в горячей или в холодной войне необходимо, умение организовать эффективную экономику и эффективные научные исследования и разработки. Иначе…
Неужели смысл массовой агрессии — в повышении эффективности самовоспроизведения агрессора? Неужели именно она, вызванная отнюдь не голодом, а скорее. алчностью и завистью, привела к эволюции от примитивных человеческих сообществ к современной цивилизации? Неужели зло действительно только так называемое?
Неужели и его эволюционный смысл — давать преимущество тем, кто наиболее эффективно воспроизводится? Неужели оно было заложено в самом начале?
Жизнь — это информация, смысл которой — обеспечивать её собственное самовоспроизведение и, тем самым, распространение. Она возникла (или возродилась) из остывшего пепла Большого Взрыва, создавшего Космос. И под разрушающим действием Хаоса случайных процессов жизнь стала эволюционировать, чтобы сохранить свой смысл. Первое слово (первая живая информационная молекула) стало превращаться в текст из его синонимов, значение которых дифференцировалось, становилось всё более конкретным и узким, но все вместе они передают из поколения в поколения всё тот же смысл.
Смысл эволюции — за счёт поглощения энергии и вещества с всё возрастающей скоростью передавать сообщение, увеличивая количество его синонимов, чтобы, противодействуя Хаосу, не допустить утраты его смысла.
