В одной семье была строгая-престрогая мать.
У нее было два мальчика, может быть, лет по 8−10. У матери на косяке всегда висел кнут, для наказания ребят. Как-то дети расшалились и старший разбил лампу — или только стекло… Спрятать беду уж некуда. Тут вошла в избу мать; и, конечно, сразу увидела следы шалости.
— Кто разбил лампу, — спрашивает она сурово. Младший вдруг говорит:
-Я!
Мать сняла кнут и жестоко отхлестала его.
А старший брат с ужасом и удивлением смотрит, как мать бьет неповинного брата.
Мальчик полез на печь — утешительницу всех несчастных. И вдруг потолок над ним исчез. Воссиял свет. И явился Христос.
… Далее не припоминаю, что Он сказал ребенку в похвалу за самоотверженное страдание за брата. Но только мальчик тогда же дал обет: уйти на Афон в монастырь. И когда вырос, так и сделал. Потом был там игуменом и сам рассказывал о видении.
А я теперь записываю — для тех, кто спрашивает: «А кто Бога видел?»
