на орешнике
неожиданно лист задрожал,
поди-ка узнай, отчего эта дрожь —
от ветерка ли,
которого сам ты не чувствуешь,
или он собственной дрожью
дрожит,
потому что ведь очень непросто
быть на свете листком, которому необходимо
как можно дольше продержаться на ветке.
поди-ка узнай,
не из-за тебя ли он вздрогнул
и не твой ли внутренний трепет
вдруг передался ему.
Перевод Мориса Ваксмахера