Белоснежное облачко,
тоненький стебелёк,
поседел одуванчик и посреди весны
полетел за ветром с запада на восток,
где давно цветут стальные цветы войны.
Двадцать лет парнишке.
Казалось бы: жить да жить!
Он совсем зелёный, хоть прядь
не одна седа,
не найдут его, не смогут похоронить,
он в чужой степи останется навсегда.
Там везде — гвоздики, пионы.
Герань растёт.
Смерть к губам подносит таких же,
как он, бесстрашных,
и подолгу дует во весь
кровожадный рот,
и летит душа на зонтике
прямо в пашню.
И ещё душа на зонтике, и опять…
Веренице душ
нет ни конца, ни края.
Если б видел сын,
как ходит за смертью мать,
бездыханные одуванчики
подбирая.