Это была обычная среда. Я сидел на диване, поглощая третий хот-дог «Гусарский» за вечер, когда мой телефон ожил. На экране высветился… Неизвестный номер…
Обычно я просто игнорирую такие звонки, но в тот момент во мне проснулся внутренний бунтарь (и немного скопившихся газов от фасоли).
Я нажал «Принять», поднес микрофон телефона к самому эпицентру надвигающейся бури и… выдал такой залп, что у соседа за стенкой, кажется, упала полка.
Секундная тишина в трубке, короткий хрип и короткие гудки. — Ха! — подумал я. — Оценили мой ответ на предложение «бесплатной юридической консультации».
Неделю спустя.
Мой триумф был прерван резким стуком в дверь. На пороге стоял хмурый почтальон с конвертом, на котором красовалась печать полиции.
Повестка: Явиться в отделение для дачи показаний по делу о «Применении биологического оружия неустановленного образца».
В участке меня встретил следователь с таким лицом, будто он только что лимон целиком проглотил.
Он молча положил на стол протокол и включил запись звонка. — Это ваш голос? — спросил он, указывая на динамик.- Ну… технически это был не голос, — промямлил я. — Поздравляю. Вы — уникум. Вы совершили первый в истории «цифровой душегуб».
Суть дела.
Оказалось, всё было гораздо трагичнее, чем я думал. На том конце провода сидел не робот, а целый отдел стажеров в тесном подвале.
Акустический удар: Громкость моего «ответа» была такой, что у оператора лопнули наушники.
Эффект плацебо: Запах был настолько реалистично описан звуковыми волнами, что в офисе сработала автоматическая система пожаротушения, заблокировав выходы.
Диагноз: Весь отдел маркетинга госпитализирован с диагнозом «острая нехватка чувства юмора и временная потеря обоняния». — Понимаете, — вздохнул следователь, — они теперь не могут слышать звук открывающейся пачки чипсов, у них начинается паническая атака.
Итог
Меня отпустили под подписку о невыезде… и обязали сдать диету на проверку в лабораторию.
Теперь я официально занесен в базу как «Объект повышенной газовой опасности»…
Суд над «Человеком-Гаубицей» стал главным событием сезона.
Зал был набит журналистами в респираторах, а судья сидел за герметичным стеклом, подозрительно поглядывая на мой живот.
Моим адвокатом вызвался быть Аркадий Углев, официальный представитель ассоциации производителей сорбентов.
Он вошел в зал, торжественно шелестя пачкой активированного угля, и сразу взял быка за рога.
Заседание: «Акустический шлейф». — Ваша честь! — воскликнул Углев. — Мой подзащитный — не террорист. Он — жертва обстоятельств и некачественного гороха!
Прокурор, суровый мужчина с зажимом на носу, вскочил с места: — Позвольте! Пострадало тринадцать операторов колл-центра! Когда запись звонка включили на громкую связь в офисе, там завяли кактусы!
Это было спланированное покушение с использованием инфразвуковых частот поражения.
Улики стороны обвинения:
Аудиозапись: Файл под названием — Симфония горохового попурри.
Заключение эксперта: -Звук напоминал падение рояля в болото, за которым последовал взрыв на макаронной фабрике».
Вещдок: Те самые наушники оператора, оплавленные мощью моего организма.
Линия защиты
Адвокат Углев достал огромную диаграмму, на которой был изображен мой ужин в тот роковой вечер: три хот-дога «Гусарский», два «Оливьевич» и литр «Байкала». — Посмотрите на этот график! — кричал адвокат. — Это же не умысел, это термодинамическая ловушка!
Мой клиент просто хотел сказать «Алло», но внутреннее давление создало эффект обратной тяги.
Закон Бойля — Мариотта, Ваша честь! Против физики не попрешь!
Судья поправил маску и спросил: — Подсудимый, вам есть что добавить?
Я встал, и в зале мгновенно наступила гробовая тишина. Кто-то из судебных приставов нервно схватился за кобуру. — Ваша честь, — сказал я покаянно. — Я просто хотел, чтобы они перестали предлагать мне кредитные карты.
Я не знал, что мой организм настроен на частоту их корпоративной АТС…
Вердикт
После трех часов совещания (и двух проверок системы вентиляции суда) судья вынес решение:
Признать невиновным в терроризме, так как «выхлоп» был признан стихийным бедствием локального масштаба.
Наложить запрет: Мне официально запрещено подходить к телефонам ближе чем на 5 метров в течение часа после приема бобовых.
Обязательная мера: Теперь при каждом ответе на незнакомый номер я обязан по закону сначала произносить: — Внимание, данный разговор может быть взрывоопасен для вашего душевного равновесия.
Адвокат Углев пожал мне руку и вручил годовой запас» Эспумизана».
А на выходе из суда меня уже ждали рекламщики — предлагали стать лицом освежителей воздуха с ароматом «Морской бриз после апокалипсиса»..