(Судебное дознание в одном тумане)

Действующие лица:
• МАРК ТВЕН — Человек в белом облаке изо льна и табачного дыма. В его глазах — лукавство демиурга и печаль лоцмана, знающего все мели человеческой души.
• ПРОКУРОР (ОПЕКУН ПРИЛИЧИЙ) — Олицетворение крахмального воротничка. Человек, считающий, что истина должна быть вымыта с мылом и одета в воскресное платье.
• ГЕК ФИНН — Вечный босоногий призрак. Он пахнет речной водой, свободой и честным одиночеством.

СЦЕНА ПЕРВАЯ: ОБВИНЕНИЕ В ПРЕДАТЕЛЬСТВЕ

Сцена представляет собой палубу парохода, уходящую в бесконечный туман Миссисипи. Звучит мерный удар лота о воду: «Марк три… Марк два…»

ПРОКУРОР: Сэмюэл Клеменс! Ты обвиняешься в тягчайшем преступлении — в краже Невинности. Ты взял чистое зеркало детской души и вымазал его илом Миссисипи. Ты заставил ребенка выбирать между законом Бога и беглым рабом. Ты лишил детство его фарфоровой святости, заменив райский сад грязным плотом. Ты научил детей сомневаться в цивилизации! Твой Гек Финн — это дикарь, который попирает устои. Где мораль? Где золотое сияние благовоспитанности?

ТВЕН: (медленно выпускает кольцо дыма, которое превращается в нимб над его головой) Мораль, месье, — это одежда, которую надевают, чтобы скрыть наготу совести. Вы обвиняете меня в краже детства? О нет. Я совершил не кражу, а освобождение. Вы хотели оставить ребенка в душной гостиной, среди лживых молитв и тесных сапог. Я же вывел его на реку. Да, мой Гек пахнет рыбой и дегтем, но от него не несет лицемерием. Я украл его у вашей «цивилизации», чтобы вернуть его Истине.

СЦЕНА ВТОРАЯ: РЕКА КАК ВЕРДИКТ

Появляется Гек. Он садится на край сцены, болтая ногами в пустоте. Туман начинает светиться изнутри.

ПРОКУРОР: Ты дал ему право решать, что есть добро и зло! Ты возвел бродяжничество в ранг религии!

ТВЕН: Я дал ему право видеть. Ваше «добро» вешало людей на деревьях и держало в цепях тех, кто создан из того же света, что и вы. Гек украл своего друга Джима у хозяев, и вы называете это грехом. Я же называю это святостью, которая выше ваших писаных кодексов. Река не знает границ штатов, она знает только течение. Детство по Клеменсу — это не невинность неведения, это мужество выбора. Гек выбрал ад вместе с другом, вместо вашего рая вместе с рабовладельцами. В этом выборе — всё величие человеческого духа, которое вы пытаетесь упаковать в воскресную школу.

СЦЕНА ТРЕТЬЯ: БЕССМЕРТИЕ БОСОНОГИХ

ПРОКУРОР: Твой приговор — изгнание из библиотек! Твои книги будут запрещены, как опасная инфекция вольнодумства!

ТВЕН: (встает, и голос его обретает рокот великой воды) Запрещайте! Сжигайте бумагу! Но вы не запретите реку. Вы не сможете вытравить Гека Финна из каждого мальчика, который посмотрел на звезды и понял, что они светят не по указке губернатора. Мой приговор — быть вечным спутником каждого, кто решит отчалить от берега лжи. Я не украл детство — я сделал его опасным для тиранов. И пока течет Миссисипи, мой плот будет плыть над вашей бездной, и на нём всегда будет место для одного честного мальчишки и одного свободного человека.

ФИНАЛ

Твен берет Гека за руку. Пароходный гудок оглашает пространство. Свет гаснет, но на черном фоне остается светящийся след от плота, уходящего в бесконечность.

ГОЛОС ТВЕНА: Слухи о моей кончине и смерти невинности были сильно преувеличены. Мы просто ушли на ту сторону реки.

Занавес падает. Слышен плеск весла.

ЗАНАВЕС.