Река жизни унесёт меня в море бурное,
Мою лодочку простую бросает по волнам.
Разорвутся паруса, буре непокорные,
Вырвет руль из рук моих мощный пенный вал.

Содрогнётся бытие, громом потрясённое,
Ярость Зевсова копья разрежет небеса.
Суждено ли умереть, иль заговорённый я?
Суждено ль поднять еще в жизни паруса?

А может, в буре я найду для себя спасение?
Шквальный ветер унесёт мыслей тяжких гнёт.
Только стоя на краю, есть к жизни притяжение,
Ощутить на миг душою гибельный полёт.

Буря стихнет, ночь придёт, таинствами полная,
Покрывалом вечности накроет небосвод.
Затеряюсь в море тихом, в отраженье звёздном,
И по Млечному Пути поплыву вперёд.

Искрой сердца разожгу я лампадку хрупкую,
Луч надежды сокровенной озарит мой путь.
Знать, увижу ль я его, свет Авроры утренний?
Ариадны нить найду ль я когда-нибудь?

Бесконечен трудный ход жизни переменчивой,
Не блеснёт лучом маяк в призрачной дали.
Робинзоном средь людей быть судьбой намечено,
Провести всю жизнь свою в поисках пути.

Мой удел — определение рока неизбежности,
Ни упрямство, ни сомнения не изменят суть.
Срок всему уже начертан на скрижалях вечности,
Безмятежность дней былого жизни не вернуть.

Мироздание не заметит моей борьбы отчаяние,
Не направит на меня свой бесстрастный вгляд.
Эпилог уже написан красками печальными.
Всё, осталось лишь прожить, нет пути назад…