В эпоху соцсетей критика приобрела удивительно компактную форму. Слово, аргумент, объяснение — это вчерашний день. Сегодня вместо того, чтобы выразить несогласие или обсудить мысль, достаточно нажать маленькую кнопку. Дизлайк. Одно нажатие — и автор будто уже опозорен, отвергнут, лишён всякого смысла.

Это похоже на новую форму рыцарства: вместо меча — палец на сенсорном экране; вместо диалога — иконка со стрелкой вниз; вместо слова — эмоция. «Я не согласен» превращается в «Я тебя удаляю морально», «Я тебя игнорирую всерьёз».

Дальше начинается стадия «обогащённого» дизлайка. Если пальцем вниз выразить недостаточно — подключаются слухи, инсинуации, готовые заготовки: автор мал, бездарен, не стоит его читать, слушать или смотреть. Плюньте на него, забудьте, проигнорируйте. Словно это автоматически исправляет мир, словно через коллективное презрение можно уничтожить чужое творчество.

Ирония в том, что автор защищён их же инструментами: словом, правом выражать себя, мыслью. Пока они ставят дизлайки, распускают слухи, обрушиваются волной игнора, его голос продолжает существовать. Каждый клик — не только проявление несогласия, но и свидетельство того, что текст прочитан, идея услышана, личность автора воспринимается как сила, с которой приходится считаться.

Так что дизлайк — это одновременно акт власти и признание силы. В них нет ни аргумента, ни смысла; есть только эмоция, переработанная в интерфейс. И если взглянуть честно, всё это похоже на древнюю тактику: «Заранее принизи, унизь, испугай — чтобы не пришлось слушать». Только теперь оружие компактно, дешево и работает через кнопку «–».

Соцсети породили новую философию критики: «Я могу разрушить тебя одним касанием, но на самом деле я лишь подтверждаю твоё существование». Каждое «не нравится» — маленький маяк: автор есть, он пишет, он чувствует, он виден.

И в этом — парадокс нашей эпохи. Тот, кто ставит дизлайки, думает, что владеет ситуацией. На деле он лишь фиксирует сила слова, который существует независимо от маленькой кнопки. И чем больше кликнут, плюнут, обсмеют — тем громче звучит голос автора, невидимый и непробиваемый.

В конечном счёте формула такова:

«Я ему поставлю дизлайк к едрене-фене!» — и одновременно признаю его право быть услышанным.

Парадоксальная демократия: сила кнопки и бессмертие слова живут рядом. И пока они кликают и плюются — автор всё ещё существует. А кто ставит дизлайк — существует лишь как звук их собственного раздражения.