Он затаился, словно безмолвный страж, прильнув к шершавой коре высокого дерева. В лунном серебре она двигалась, будто ведомая незримой рукой. В ее движениях, ленивых и усталых, не читалось цели, лишь бесцельное блуждание в ночи. И все же, превозмогая изнеможение, она танцевала, словно повинуясь неведомому повелению. До тех пор, пока тело не сдалось, и она рухнула на землю, обессиленная. Лишь тогда энергия покинула ее, позволив забыться в тишине ночного леса.
Бесшумной тенью он скользнул из укрытия. Высокий силуэт навис над ней, заслонив лунный свет. Долго он изучал ее, не нарушая тишины. Затем протянул руку. Не дожидаясь ответа, сжал ее ладонь и рывком поднял, прижав к своей груди. Распахнув глаза, она встретилась с его взглядом. Перевернув ее ладонь, он скользнул пальцами по нежной коже, сплетая их вместе. Его хватка была крепка, но нежна, когда он повел ее в танце. Безумие и потусторонняя красота сплелись в их движениях. Долго длился этот танец. Наконец, он выпустил ее руку, и она, обессиленная, начала падать. Но не успела спина коснуться земли, как он вновь удержал ее. И долго еще они смотрели друг другу в глаза, прожигая взглядом ночную тишину.

В заливе Лунном, где вода черна,
История странная рождена.
В старой игре, забытой всеми,
Живет он, связанный лишь с теми,
Кто в мир пикселей рискнет войти,
И прошлое забытое найти.
Зеленый колпак, как знак беды,
В глазах — лишь отголоски тьмы.
Он словно призрак, в коде скрыт,
Искажает мир, где каждый спит.
Ломает правила, меняет суть,
Не даст покоя, не даст заснуть.
«Ты встретил страшную судьбу?» — вопрос,
Звучит в игре, как смертный кросс.
… показать весь текст …

Он наблюдал за ней издали, словно тень, боясь спугнуть мимолетную птицу счастья. Не смея приблизиться, он утопал в безмолвном созерцании. Видел, как она, одинокая нимфа, блуждает лесными тропами, изливая душу в песнях и танцах. Когда печаль окутывала ее сердце, лес становился ее сценой, а ветер — зрителем. Но вот, тень легла на ее лицо, и взор вновь застыл, отчужденный и холодный. Нет, он не мог этого вынести. Жаждал вернуть ее улыбку, вновь увидеть искры смеха в глазах, услышать ее песни, посвященные лишь ему, согревающие его замерзшее сердце. Глубокой ночью, когда усталость смирила ее, и сон уже смыкал веки, он, наконец, покинул свое укрытие. Тьма сгущала краски, но ее взгляд безошибочно узнал его силуэт. Ступая осторожно, как по хрупкому льду, он приблизился и опустился на колени. Робко протянул руку, коснулся ее ладони, прежде чем нежно сжать ее в своей. Голос, хриплый от долгого молчания, прошептал всего одну фразу, полную отчаяния и надежды:
«Не покидай меня…»

В лесной глуши, где сумрак вечен,
Он бродит, страх в сердцах увечен.
Безликий, в строгом черном фраке,
Свидетель гибели и мрака.
Слендермен, чье имя шепчут,
Детишки в ужасе трепещут.
Он возникает из тумана,
Исказив лик лесного стана.
В руках протянутые ветви,
Он будто просит стать жертвой.
Гипнозом взгляд его владеет,
Разум пленяет, волю тлеет.
Не слышно шагов, лишь шелест листьев,
Когда он близок, нету истин.
… показать весь текст …

Опять одни остались в этой тьме,
Лишь тишина да шепот ветра в кронах.
Твоя рука доверчиво в моей,
И страх в глазах, как искорки в бездонных.
Я знаю, что ты видишь эту тьму,
Что плещется во мне неудержимо.
И шепот демонов, что рвется изнутри,
Тебе знаком, как эхо мной любимо.
Опять одни, и это наш секрет,
Что спрятан глубже всех кошмаров мира.
Я твой палач, ты мой безумный свет,
Любовь и смерть — неразделима лира.
Пусть мир дрожит от ужаса и злобы,
Нам все равно, мы выше этой скверны.
… показать весь текст …

Сначала драка, потом мир,
Осколки гнева, страсти пир.
В глазах безумие сверкает,
А в виртуальном мире тает.
Один — во тьме рождённый мрак,
Второй — пиксельный жизни знак.
Один — с улыбкой на лице,
Другой — мечтающий в дворце.
Но что их вместе увязало?
Безумства искра, что упала
В колодец игр и страшных снов,
Где нет ни правил, ни оков.
Он ловит взором силуэт,
Она — лишь код, ей жизни нет.
… показать весь текст …