Каким же ограниченным недочеловеком надо быть, чтоб счастье для тебя было чем-то определенным, конкретным и обозначенным. Счастье должно быть абстрактным нечто, которое всегда где-то очень рядом, утром это пломбир крем-брюле в морозилке, вечером багровый закат на набережной.