Номенклатура обязательных чувств выходит далеко за рамки безграничной любви к государству и ненависти к врагам. Кроме обязательных политических предпочтений, диктатуры, особенно тоталитарные диктатуры, предписывают человеку, какая музыка должна ему нравиться, какие литературные произведения должны вызывать восхищение, а какие — справедливый гнев.

Людям ведь не так важно жить хорошо, как жить лучше других.

В наиболее жестких диктатурах контроль за чувствами является чуть ли не основным делом органов безопасности.

…теорию веры в справедливый мир. Согласно этой теории, люди предпочитают верить, что мир, в котором они живут, имманентно справедлив. Добро в нем вознаграждается, а зло наказывается, честный труд ведет к успеху, а жулик, в конце концов, остается ни с чем. Следствием этой веры является, в частности, жестокое отношение к жертвам различных несчастий — если человеку не повезло, значит, он сам и виноват. Ведь если не повезло хорошему человеку, значит, мир несправедлив.

…опасность заключалась не в конкретном мнении, которого придерживался какой-то человек, а в том, что он вообще имел личное мнение…

Но диктатура стремится контролировать чувства, наказывая людей за неправильные эмоции и поощряя за правильные. Правильные чувства подданных — любовь, восхищение, благодарность — дают диктаторам ощущение безопасности. Их уже не страшит революция — лишь дворцовый переворот. Они могут не так бояться террористов — преданные им подданные закроют их своими телами. И потому правильные эмоции являются делом государственной важности.