Предновогодний ранний вечер. Стол накрывать еще рано. Да и зачем накрывать. Месяца три как я один. Любимая женщина бросила меня — променяла на человека старше себя лет на тридцать, но зато с толстым кошельком.
Я вышел на улицу. Стояла ясная, зимняя погода, светило солнце — может это и подсказало мне слепить снежную бабу, а точнее, Снегурочку. «Встречу Новый год в гордом одиночестве, — подумал я, — а посмотрю в окно — увижу свою Снегурочку, и не так тоскливо будет…» Вот с такими отрадными мыслями я лепил, вкладывая в снежную девушку всю свою горечь бытия, всю свою одинокую душу, омывая снежную красавицу горючими слезами. А когда отошел полюбоваться на свое творение, как Пигмалеон на Галатею, то мне показалось, что Снегурочка чуть улыбнулась мне и махнула рукой… Пока лепил, не заметил, как стемнело. До Нового года оставалось часа три. Глотнув холодного чая и включив телевизор, я прилег на свою холостяцкую кровать и попытался заснуть… Взгляд остановился на отошедшей от пола половице, которую я уже месяц собирался прибить. «А, ладно, после Нового года приколочу эту доску на место!» — пообещал я себе уже в сотый раз. А в глазах стояла моя Галатея-Снегурочка. Она смотрела на меня своими синими-синими глазами и улыбалась нежной улыбкой. И, уже погружаясь в сон, я понял, что влюбился… Будто она пришла ко мне, ей очень понравился мой холодный чай… Я достал из холодильника ведерко со льдом, где мирно ждала своей новогодней участи бутылка с шампанским. Мы пили шампанское, смеялись, целовались. И Снегурочка была очень нежная и теплая, что меня очень удивило… А она со смехом мне объяснила, что я вложил в нее свою горячую душу, когда лепил… Где-то, как показалось, вдалеке пробили куранты… но мы ничего не слышали и не видели — мы просто любили друг друга и были счастливы…
…Утром в окно заглянуло солнышко. Наступил Новый год, который должен принести новые радости и возможно новые разочарования… Почему разочарования? — спросите вы. А потому что, посмотрев в окно, я не увидел своей Снегурочки… Накинув на плечи куртку, я вышел во двор. Там где она стояла вчера, снег был вытоптан и маленькие женские следы вели к крыльцу моего дома… но следов из дома не было видно. Надежда шевельнулась в душе моей… Я побежал к крыльцу, открыл дверь, зашел в комнату, посмотрел на измятую кровать. Вспомнил прекрасную ночь любви… и заплакал. Последние капли какой-то воды у порога стекали в проем отошедшей половицы… и мне вдруг почудился женский всхлип…
