Я не настолько праведный, чтобы целовать тебя в тексты
редких личных сообщений, чирикающих птицами.
Не настолько праведный, чтобы чувствовать оргазм без секса,
размножаясь рифмами, подобно литературной грибнице.
Чтобы лечь в гробницу экрана, пересказывать Чехова,
сатанея от догадки, что подол твоей юбки соскальзывает,
обнажая яблокопады и рощи ореховые,
то есть каждого слова и образа одноразовость.
Я не настолько праведный. Я живу в периосте
закоптившегося человечества с его колоритом,
но лучше быть грязью, в которую падают звезды,
чем чистейшим и беззвездным ночным монолитом.
Поэтому не пиши мне — я не способен к чтению,
мне тесны межличностные книги, новостные полосы.
Но если ты будешь рядом, я стану гением,
каждую твою молекулу возведя до космоса.

Мы мотыльки в темной комнате — наш полет хаотичен. Личность, ворсинки, усики, насекомое лампу ищет, бьется в стены, потому что стены невидимы. Воют идолы, чей образ на крыльях выдолблен. Только слышится шуршание тысяч — мы мотыльки, лишенные духовной пищи.

Человек без идеи — потерянное создание, если будет свет — ты прекрасным вектором станешь, ты взлетишь до неба — гениальный, бессмертный, бумажный. Ты сгоришь мгновенно, но это увидит каждый.

Наш полет хаотичен. Слышится шуршание тысяч. Челов…
… показать весь текст …

Режь живое во мне посолонь,
Чтобы солнце грозно брызнуло на угли —
Если мы все равно готовы друг друга убить,
То пускай тогда это станет хоть чем-то большим:
Чтобы кожа в зелёной лозе обагрила сущее,
Чтобы сучья яблонь были взамен ножей.
Раздевай меня на алтарь, обнажая душу
До самой земли в этой алой пшеничной рже.
А когда взаимной кровью умоешь руки,
Когда сплюнешь сворожье слово всех ворожей —
Эту душу мою брось на любые муки,
Чтобы встали хлеба на выполотой душе.
Если нам все равно суждено отмучиться вдоволь,
Если нам все равно быть бумагой того листа
… показать весь текст …

Просто забей. На утренние побудки будильника, на утренние попутки до работы, на бережливое облизывание царапинки на прохудившейся правой ляжке, на монотонную какофонию дождей, на хлюпанье грязи под ногами, на все, чему тебя учили — это не привело к счастью, на всех, кто тебя учил — им давно на тебя плевать. Просто забей. Разорви стропы. Отпусти поручни. Откуси чеку. Выкинь парашют. И падая рожей вниз — в жизнь, задохнись и воскресни. А когда гимназистка-судьба жеманно протянет белый кружевной платочек, когда ты вытрешь им грязный пот со лба, полубезумно глядя по сторонам, только тогда все вокруг обретет смысл. Просто забей. Отпусти поручни. Падай.

Можно искать во всем смысл. Можно его даже находить. Но я предпочитаю находить его отсутствие. Потому что только то в нас, что не имеет смысла, по-настоящему ценно. Не преследующая никаких целей любовь, беспричинная грусть, замкнутое в себе творчество, нелепые поступки или слова, не оправданные ничем. Это то, ради чего стоит жить. Что делает жизнь стоящей и интересной. Неугаданной. Внесистемной и бессхематичной. Очаровательной. Нательной. Околодуховной. Я люблю курить — потому что в этом нет смысла. Я встаю лицом к стене и слушаю тишину — потому что это не приносит пользы. Я боготворю необдуманную спонтанность, потому что в ней — обновление судьбы. Новая версия тебя, с внесенными улучшениями.

Сперва ты просто живешь. Но потом садишься писать книгу, и это — начало катастрофы. Ты садишься писать, имея за пазухой небольшой жизненный опыт. Он кажется тебе интересным, кажется уникальным, именно тем, который стоит внимания потенциального читателя. Мысли и чувства одного человека, достойные бессмертия. Ты не можешь сказать: «весь мой путь, все мои выводы не стоят и ломанного гроша». Потому что они твои, потому что они всё, что у тебя есть. Они лучшие. Единственные. Тебе просто не с чем срав…
… показать весь текст …