Мои мысли летят, как перелётные птицы в сезон, когда границы между небом и землёй стираются. Они срываются с тихого болота сознания, где копошилось столько тины сомнений, и тянутся клином в сторону невидимого, но неизбежного юга. Этот юг — не место на карте, а состояние. Покой, или понимание, или просто конец пути.
Поначалу их полёт хаотичен, они мечутся, как испуганные скворцы перед грозой. Одна мысль, острая и чёрная, пронзает воздух, за ней — другая, пушистая и серая, как пёрышко, несёт в себе обрывок старой мелодии. Они не слушаются сразу, этот рой. Нужно время, чтобы выстроились в порядок, нашлись ведущие и те, кто следует. Я смотрю, как они набирают высоту и чувствую, как вместе с ними уходит шум. Тот постоянный, низкочастотный гул внутреннего диалога, что звучал фоном к каждому моему действию. Он растворяется в разрежённом воздухе высот, и наступает тишина.