У меня на ладони волны, и они говорят о боге.
И о смерти, наверно, тоже, но за шумом почти не слышно.
Каждый парус внутри безмолвен, даже если корабль в тревоге,
даже если волна под кожей и растет, и бежит, и дышит.
Он спешит и роняет в небо белый край — треугольника света,
там лениво лакает солнце ветер северный или южный.
На песке нет ни ран, ни щепок — берег сдержанный и нагретый,
не мечтает о чудотворце, не грустит о разбитой дружбе.
В глубине освещают камни фонари торопливых рыбок,
кит поет Атлантиде песню, усыпляя морских чудовищ.
Ты всегда будешь чей-то крайний, лишний, лучший, пустяк, избыток,
но не стоит бросаться в бездну — голос моря не успокоишь.