Елена Соколова Валерьевна

Вот гиацинты под блеском
Электрического фонаря,
Под блеском белым и резким
Зажглись и стоят, горя.

И вот душа пошатнулась,
Словно с ангелом говоря,
Пошатнулась и вдруг качнулась
В сине-бархатные моря.

И верит, что выше свода
Небесного Божий свет,
И знает, что, где свобода
Без Бога, там света нет.
… показать весь текст …

Когда человек охвачен гневом, он словно отравлен: теряет силу, теряет власть над собой и над другими, а главное — теряет время, в которое мог бы, возможно, обрести желаемое. В мире совсем нет времени для гнева.

К городскому, голому скверу,
где собрались, возле скамей,
потерявшие в радость веру
и не помнящие семей,

где угрюмо сгорбясь сидели
не имеющие домов,
те, что, верно давно не ели,
не слыхали ласковых слов, —

к обездоленной, нищей братье,
незамеченная, одна,
подошла в сиреневом платье,
босиком ступая, весна,
… показать весь текст …

Там, где лестницы рвутся на волю,
Забывая калитку закрыть,
Где дупло, как окно слуховое,
Ловит ухом веселую прыть
Шустрых птиц, озабоченных стройкой
Без бетона и без чертежа,
Где от тополя пахнет настойкой
И ольха прозябает дрожа;
Где входя сквозь проломы забора,
Застревая в пролете окна,
Черной тушью по синему город
Властно пишет свои письмена,
Где душистой и остренькой стрелкой
Раскрывается почка, дыша
… показать весь текст …

Я сумерки люблю, их нежную вуаль,
Когда с душой моей задумчивая даль
Сливается в одно и грезит об одном
И столько таинства в спокойствии земном.
Ни дум терзающих, ни суетности дня,
Ни лиц, ни голосов, ни промелька огня.
Уже не ропщет, не болит душа моя,
Как бы укрытая в пещере забытья.

И кажется, я в вечность унесен
И жизнь — лишь сон, лишь сладкий-сладкий сон …

***
Лагерей и питомников дети,
В обворованной сбродом стране
Мы должны на голодной диете
Пребывать и ходить по струне.

Это нам, появившимся сдуру,
Говорят: «Поднатужься, стерпи…»
Чтоб квадратную номенклатуру
В паланкине носить по степи.

А за это в окрестностях рая
Обещают богатую рожь…
Я с котомкой стою у сарая
… показать весь текст …

На исходе зимнего блаженства,
Где излишня всяческая прыть,
Этот мир далек от совершенства.
Слава богу, значит, можно жить

Нетревожна эта плоть живая,
Где преобладает черный цвет,
Ни полстолька не подозревая,
Что его в природе вовсе нет!

Он по воле прошлого столетья,
Свет разъявшего, как вещество,
Противопоставлен семицветью.
Да не отрицает ничего!
… показать весь текст …