Когда лица твоего исчезнет прелесть,
Тот кто любит- возненавидит.
Не будет прекрасным лицо твое,
Под осень жизни твоей,
Ибо жизнь твоя упадет, как лист,
И прольется, как дождь.
И вуаль на твоей голове будет скорбью,
А корона болью.

Все время было ощущение неба, огромного и совсем близкого, к которому он шел всю жизнь, не зная, какое оно на самом деле, и вот, наконец, оно совсем рядом. Никогда, даже в детстве, когда дрался в кровь с мальчишками или карабкался в Кенте по клифам, он не знал, что такое страх, и узнал только теперь смысл этого слова. Этим словом ему хотелось назвать то ощущение, которое возникало, когда он вдруг представлял себе, что может потерять в этом небе Варю.

«боязливый», ввиду мнимых «страхов», всегда «осуждает» «других" — себя, ИБО боится, даже догадаться, что «он», Сам-Себе, Режиссёр-актёр, собственного выживания, и, ИМЕННО ПОЭТОМУ, боится слышать, ЧТО «других» «виновных», в «его» режиссуре-актёрстве, Вообще Нет. ВСЛЕДСТВИЕ ЭТОГО, сам «боязливый», ТАКЖЕ НЕ ВЕДАЕТ, ЧТО ТАКЖЕ БЕЗВИНЕН -В БОГЕ.

«Вы никогда не боитесь вещей просто так. Те страхи, которые вам подкидывает мозг — это ваше будущее, если вы будете идиотом»