Дни летят в никуда, давят прессом года и усталость,
А ночами — кошмар, в нём скольжу по наклонному льду…
Чтоб не думать-гадать, сколько мне ещё в жизни осталось,
Я в вечерний экспресс, cловно в космос безбрежный, войду.
В дребезжащий стакан сладкий чай мне нальет проводница,
И разложит сосед на газетке домашнюю снедь.
Мы махнем по сто грамм за тоску, чтобы ей провалиться,
И чтоб с нею исчезли тревоги и мысли про смерть.
В разговорах «за жизнь» промелькнёт нe один полустанок.
Нас застанет врасплох, отрезвляющий душу, рассвет.
Что ж, ершись — не ершись, всё кончается поздно ли, рано,
Мир не так уж и плох, хоть шпаргалок с ответами нет.
Pacпрощавшись легко, я вернусь к cинуcoиде будней,
Не добавив в блокнот новой строчкой чужой телефон,