Позади целая вечность и впереди не меньше. Неплохо мы тут устроились.

По идее те, кто гоняется за шустрой модой, должны быть стройны, как лани. Но что-то не особо заметно.

Самый деликатный намёк — подмигивание. И самый безопасный тоже. Если что, то всегда можно дополнительно поморгать и свалить всё на нервный тик.

Задремал на сквозняке. Последние пару мыслей выдуло. Теперь в голове хоть шаром покати. Где бы шар раздобыть?

Трудно быть синоптиком. На всех прогнозами не угодишь. У кого от солнца веснушки, а у кого укладка от дождя портится.

Делать хорошо абсолютно всё у меня не получается. Обязательно что-нибудь лучше выходит.

Счастье было так близко… Впрочем, локоть близко постоянно, а зубами в него не вцепишься.

Мне ошибаться несвойственно. Поэтому и ошибки делаю совсем несвойственные. Не ошибки получаются, а так — небольшие недоразумения.

Как это вообще понимать «Дал слово — держи»? Раз слово дал, то слово уже не твоё. Кому дал, тот пусть и держит.

Все мы там будем? Ну и что? Все мы там уже бывали.

Жили — не тужили. Тузили друг друга помаленьку. Но от побоев только крепчали и хорошели.

Были кое-какие сомнения: сбудутся ли опасения? Но сомнения не оправдались — всё сбылось в худшем виде.

Компас нравственных ориентиров вблизи сильного магнита — больших денег, может начать барахлить. Или даже сломаться.

В основном в глубине души люди — хорошие. За исключением тех, у кого душонки мелковаты — в таких глубины нет.

Фактически деньги не нужны двум категориям людей: у которых сроду денег не было и кто давно и безнадёжно богат. Первые не знают, что с деньгами делать, а вторые без понятия на что их потратить.

Жизнь прожить надо так, чтобы все с облегчением вздохнули, когда тебя не станет. Какой-никакой, а праздник образуется на ровном месте.

Когда приходится рассчитывать только на себя, то достаточно одной ошибки в выборе субъекта на которого рассчитываешь и пиши пропало.

Когда воцарилась очень неловкая пауза, то и отрыжка приравнивается к доброму слову.

Остатки нервов берегу: они мне дороги как память о тех далёких временах, когда спокойный был, как водяной удав, который анакондою зовётся.

Когда в большой компании ты рассказал анекдот, то главное — это успеть первому рассмеяться, чтобы задать тон. Пока кто-нибудь с кислой миной ни заявит, что эту шутку он слышал ещё в яслях.