Мне бывший друг
сказал «Весь мир»,
А мне смешно, —
Смотря какой
ориентир
Открыт в окно.

То бумажки банкнот многосотенных…
То война русский люд разделила…
Для кого-то Донбасс — это Родина,
А кому-то — субъект для распила.

От простого рабочего и до министра
Либералы шагают с европами в ногу,
Что Донбасс — не Россия — привыкли все быстро,
А что снова вернулся — привыкнуть не могут.

Садись покрепче, запасись поп-корном,
Смотри, как из героев бытиё,
Объемлюще, незримо и упорно
Потоком лепит жалких холуёв.

Уж тыщу лет дела невАжны наши,
Живём как жертвы проклятого кода —
Из года в год красивые мамаши
Плодят в стране штампованных уродов.

Я давно не ищу красоты,
За порывом не прусь в глухомань я,
Ведь с годами все наши мечты
Превращаются в воспоминанья.

На звон монет меняя годы,
Привыкли мы исподтишка
Играть краплёною колодой
С Всевышним Богом в дурака.

Не прогадать — есть в том своя услада
В непостоянной жизненной красильне,
Когда кого-то бьют, то любят слабых,
А если не за так, то только сильных.

Война, холода, нет воды и сусЕк,
Могилы на детской аллее…
Чем дальше от фронта живёт человек,
И слаще обед и спокойней ночлег,
Тем он безнадёжно черствее.

Не Нострадамус, но точно знаю,
Кто там стоит за всемирным злом,
Не подводите Россию к Раю,
Чтобы в аду не жалеть потом.

Неся победные знамёна, год от года
Живу в плену пропагандистских пустословий —
Гипотетических возможностей народа
И нереальности практических условий.

Когда ребёнок от разрывов плачет
И меч булатный поднимает мать,
Пора свои костюмы от Версаче
На сталинские кители менять.

Бывало, выйдешь к церкви пьян,
Грязищей русскою заляпан,
И так охота в Ватикан —
Послать по матери их папу.

Не наградили жалкой должностью и званием?
На слово доброе общественность скупа?
Талант и ум порой бывают наказанием —
Не терпит их самовлюблённая толпа.

Мои рифмы порой кособоки —
Ты, мой друг, эту слабость прости,
Я пишу стихотворные строки,
Чтоб от жизни с ума не сойти.

Жара в любое время года,
Глаза мулаток похотливы…
О, как далёки от народа
Канары, Бали и Мальдивы.

Давно не та коробка передач,
Былую скорость наберу едва ли,
Глаза мои уже забили мяч,
А ноги до него не добежали.

Давно усопла творческая злость,
Ей антикварщик обозначил цену,
Не вешаю гитару я на гвоздь
Лишь потому, что жаль дырявить стену.

Придираюсь то к эссе, то к репортажу,
К тексту песни и гитарному аккорду,
Ведь в тревожной нашей юности за лажу
Не дизлайкали, а просто били морду.

Пора признать, пока нас не обули,
Отбросив камуфляж пустой сатиры,
Ужасны не снаряды и не пули,
Страшны — дегенераты- командиры.