— Как ковать идею, если по ней нельзя ударить молотком? — спросил ученик.
— Идея не может застыть, поэтому ее бесполезно ковать, — ответил учитель.
Но ученик взял молоток и стукнул им по старой, пыльной книге.
— Да, ты прав, кто куёт идеи, тот пускает в глаза пыль! — сказал учитель.

Жизнь — это сверхперенадультрапанмультигиперсуперметапрополинадмегамультикиберархииррквазипаракубосюрстрадания.

Одна девочка любила строить мальчикам глазки. Глаз у нее было много. На щеках, на носу, на руках, на ногах, на животе. А мальчики этих глаз не видели. Мальчики думали, что у нее два глаза. А она строила, строила, строила мальчикам глазки.
Наконец она вышла замуж, но муж ее любил только за два глаза, об остальных он так и не узнал, а, если бы узнал, то умер бы от любви. Хорошо, что не узнал.

Бриллиант влюбился в булыжник. А булыжник сказал:
— Хоть ты и изящен, но ты же не женщина.
— Меня надевают только женщины, а тобой дерутся мужики, так что все логично, — ответил алмаз.
— Всех волнует, что делать с оливье и что пить, а ты опять про любовь! — засмеялся булыжник.
— Не строй из себя человека! — засмеялся алмаз.

— Главное — написать первую строчку романа! — сказал мне учитель.
— А смотря о чём роман! — дополнил я.
— А ты что, никогда не лазил девушкам под юбку? — спросил учитель.
— А я на такие темы романы не пишу! Я убил человека! — вот моя первая строчка романа.
— А человек в юбке — это уже совсем другое дело! — засмеялся учитель.
— Вы концептуально не правы, выпячивать пошлость нелепо! — сказал я.
— Если ты никогда не напишешь первую строчку, то ты никогда не напишешь и весь роман! — сказал учитель.
— Но я же уже написал: — я убил человека! — сказал я.
— Ты убил человека в юбке! — сказал учитель. — А тебе что, помочь дописать? — спросил он.
— Нет, про юбку я дописывать не буду. Такие темы для меня табу, — сказал я и повесил трубку.
PS. — Рукой лезть под юбку — не есть «разумное, доброе, вечное» — написал я первую строчку романа в наилучшем из возможных миров.

— Девушка, а можно с Вами познакомиться?
— Да, это просто! А давайте усложним?
— А как?
— Укусите меня за нос!
— Пожалуйста!
— Аааааааааааааааааааааааааааа.
— Ну как?
— Всё-равно просто! Надо ещё усложнять!

Нет такой фишки, которая везде прокатит.

Всё можно обосновать, если немного шутить.

На одной далёкой планете снег лепил сам себя. А летом все снеговики таяли, кроме одного, который не верил в лето.
— Не верьте в лето, и Вы не растаете! — говорил он другим снеговикам.
Но они верили в лето и таяли.

— Какая у тебя по жизни парадигма? — спросил меня учитель.
— Человек — это звучит абсурдно! — сказал я.
— Нет, плоско мыслишь! Тут нужна подковырка, бери для парадокса человека в юбке! — сказал учитель.
— Я под юбками истину не ищу! — сказал я.
— А потому что нос у тебя короткий! Не подлезешь! Никогда не строй из себя интеллигента! — засмеялся учитель.
— Нет, нос у меня длинный! Подлезу! — стал настаивать я.
— Вот я тебя и взял на понты! На слабо повёлся! — засмеялся учитель.
А я взял линейку и измерил свой нос, чтобы учитель не возникал!

— Ты что, никогда не лазил под юбку? — спросил учитель.
— А какая цель? — удивился я, вспоминая императив Канта «человек человеку всегда цель, но никогда — средство».
— А ты что, хочешь так и остаться девственником? — засмеялся учитель.
— А у всех людей есть комплексы неполноценности, ну и что! — сказал я.
— Если ты закомплексованный, можешь на мои лекции не ходить! — ехидно произнес учитель.
— А, по-моему, это у Вас комплекс пошляка! — сказал я учителю и покинул лекцию.

— Тебя никогда никто не простимулирует совать руки под юбку! — сказал мне учитель.
— А какая была тема лекции? — удивился я.
— Ты что? Никогда не мотивировался на разврат? — спросил учитель.
— А в связи с чем Вы перевели разговор на это? — не понял я.
— У тебя должен быть безусловный рефлекс лапать женщин! — продолжил учитель.
— Вы что, пьяны? — понял я.
— У тебя должны быть стимул-реакция на короткую юбку! — не унимался учитель.
— Извините, у меня зуб болит, можно я к зубному пойду! — решил остановить лекцию я.
— Либидо — это голод, влечение, которое хуже, чем зубная боль! — не останавливался учитель.
Я встал и убежал с лекции. Я хотел пойти, конечно, вновь послушать этого лектора, но его бесполезность меня, все-таки, остановила.

— А если нажать на нос кошке, нажать на нос собаке и нажать на нос человеку. В чем разница? — спросил ученик.
— Разница в том, рожа у тебя будет покусана, расцарапана или разбита, — ответил учитель.
— Учитель, но я же в переносном смысле! — удивился ученик.
— А я в прямом смысле! — сказал учитель и дал ученику в нос.
Другие ученики прикрыли носы и с тех пор всегда ходили на лекции к учителю с прикрытыми носами.

— Родя, к тебе очередь из старушек!
— Ааааа! Я же Князь Мышкин!
— Родя, бери топор и играй свою роль!
— Аааа, опять левый сценарий, я же Алеша Карамазов!
— Родя, живи своей жизнью и знай, что лучшая версия тебя — рубить старух!
— Ааааа. Топор тупой!
— Родя, доверься миру, топор жизнь наточит!

— Девушка, а можно с Вами познакомиться?
— Ну если этот мир — лучший из возможных, то да!
— Не забывайте, пожалуйста, девушка, ещё про мир, где сознание отделено от тела и есть летающие свиньи! А также, что есть мир, где человек — редиска, а Аристотель — соленый огурец, но это неточно!
— Молодой человек, а Вы в каком мире предлагаете мне познакомиться?
— Девушка, выбор за Вами!
— Ааааа. Я свою остановку проехала! Верните меня обратно в мой мир!

Я поубЫвал всех. А следователь сказал, что надо писать «и», а не «ы». Но я никого не убивал, и я продолжил всех убЫвать.

Я убил никого. А писарь поменял «и» на «е». Так никто стал неким. Но следователь не грамотный и прочитал «никого». Так дело закрыли.

Я убил второго человека. Сколько человек я убил, если на этой планете никто не первый? Но никто и не второй, так как каждый человек — первый.

Чем больше определений, тем больше неопределенности.

В каждом слове — тысяча мыслей.