А теперь в путь. Прежде всего мы должны построить фабрику зеркал. И в ближайший год выдавать зеркала, зеркала, ничего, кроме зеркал, чтобы человечество могло хорошенько рассмотреть в них себя.

Может быть, лучше не видеть жизни такой, как она есть, закрыть на всё глаза и веселиться.
---

Воображение и «внешняя» реальность тесно связаны. Карл Густав Юнг
пишет: «Если некто вообразит, что я его смертельный враг и убьет меня, то я
стану жертвой простого воображения. Образы, созданные воображением,
существуют, они могут быть столь же реальными — и в равной степени столь же вредоносными и опасными - как физические обстоятельства. Я даже думаю, что психические опасности куда страшней эпидемий и землетрясений».

Отсюда понятно, что для контроля за поведением людей очень важно влиять
на оба процесса — выработки образов исходя из реальности и выработки
стратегии и тактики поведения исходя из возникших в сознании образов.
…
Континентального (а теперь уже и межконтинентального) размаха
«толпообразующее» действие СМИ приобретает потому, что они образуют единую сеть, которой действительно накрывают всю массу людей, не имеющих ни времени, ни навыков для критического восприятия сообщений.
---

«Самый большой дурак тот, в ком есть хоть капля ума»
---
«Безумец тот, кто хочет поменять определённость на неопределённость»
---
Но у человека есть одно замечательное свойство: если приходится всё начинать сначала, он не отчаивается и не теряет мужества, ибо он знает, что это очень важно, что это стоит усилий.
---

Женские ножки — это циркуль, который меряет земной шар во всех направлениях, придавая ему гармонию и устойчивость.
---

Помните, несколько лет назад вошли в моду короткие юбки.
Все мужчины просто сходили с ума, а меня это скорее обеспокоило.
Я подумал: «Выше уже некуда, так что неизбежно они снова станут длиннее».
---

И так я заметил, что не мог обходиться без женщин. Мне было необходимо хотя бы смотреть на них. Для меня нет ничего прекраснее, чем женщины на улице, если на ней платье или юбка,…
… показать весь текст …

Итак, восьмого марта, двадцатого года, тридцать второго созвездия мужчины и женщины стали полностью одинаковыми.

— А машина хороша! Считает?
— Нет, пишет.
— Пишет… а что пишет?
— Всё пишет!
— Ну и пущай пишет. И бог с ней. Мы народ не любопытный, нам это ни к чему.
---

Алкоголь — яд, а кофе — здоровье!
---

— Я надеюсь это не повлияет на размеры пошлины?
— В каком смысле пошлины?
— Ну что пошлина останется как при мистере Храмове.
— Нет.
… показать весь текст …

Кто не созидает, должен разрушать. Это старо как мир.
----
Нас слишком много, нас миллиарды, и это слишком много. Никто не знает друг друга.
---
Но ведь кто-то должен быть наготове, чтобы строить, когда всё рухнет?
---

— Одуванчик. Последний, наверно. Вот уж не думала, что найду одуванчик так поздно осенью. Теперь нужно его взять и потереть под подбородком. Слышали когда-нибудь об этом? Смотрите! — Смеясь, она провела цветком у себя под подбородком.
— Зачем?
— Если останется след — значит, я влюблена. Ну как?
Что было делать? Он взглянул на её подбородок.
— Ну? — спросила она.
— Жёлтый стал.
— Чудесно! А теперь проверим на вас.
— У меня ничего не выйдет.
— Посмотрим. — И, не дав ему опомниться, она сунула одуванчик ему под подбородок. Он невольно отшатнулся, а она рассмеялась. — Стойте смирно!
Оглядев его подбородок, она нахмурилась.
— Ну как? — спросил он.
— Какая жалость! — воскликнула она. — Вы ни в кого не влюблены!
— Нет, влюблён.
— Но этого не видно.

— Вась, а что это ты не стрижешься, хочешь стать девочкой?
— Хочу, чтобы гости хоть как-то заметили, как давно они ко мне приехали.

Люди, которые недостаточно знают предмет обсуждения, могут разговаривать и фантазировать о нем достаточно долго, пока их фантазии не оклеют этот предмет газетами настолько, что форма его станет видна собеседникам.

Если недостаток знаний опасен, то где тот человек, у которого знаний так много, что он в полной безопасности?

Он вспомнил избитый анекдот о жене, которая так много разговаривала по телефону, что её муж, желавший узнать, что сегодня на обед, вынужден был побежать в ближайший автомат и позвонить ей оттуда.
---

«Вы видели на шоссе за городом рекламные щиты? Сейчас они длиною в двести футов. А знаете ли вы, что когда-то они были длиною всего в двадцать футов? Но теперь автомобили несутся по дорогам с такой скоростью, что рекламы пришлось удлинить, а то бы никто их и прочитать не смог.»
---
«Мне иногда кажется, что те, кто на них ездит, просто не знают, что такое трава или цветы. Они ведь никогда их не видят иначе, как на большой скорости, — продолжала она. — Покажите им зелёное пятно, и они скажут: ага, это трава! Покажите розовое — они скажут: а, это розарий! Белые пятна — дома, коричневые — коровы.»
---

«Вот уже двадцать лет прошло с тех пор, как я покинул родные места. Я и сам не знаю, какая у меня душа, хохлацкая или русская. Знаю только то, что никак бы не дал преимущества ни малороссиянину перед русским, ни русскому перед малороссиянином.
Обе природы слишком щедро одарены богом, и как нарочно каждая из них порознь заключает в себе то, чего нет в другой — явный знак, что они должны пополнить одна другую.
Для этого самые истории их прошедшего быта даны им непохожие одна на другую, дабы порознь воспитались различные силы их характеров, чтобы потом, слившись воедино, составить собою нечто совершеннейшее в человечестве» *
---
Я верую в бога, ну, а что живет в сознании людей — может существовать.
---
Главное самому любить, а любят ли тебя — это уж как бог даст.
---

Советский министр культуры Екатерина Фурцева:
— Нас обвиняют в антисемитизме, хотя в наших симфонических оркестрах 30% составляют евреи. А сколько евреев в вашем оркестре?
Томас Бичем, британский дирижер:
— Не знаю. Мне как-то в голову не приходило считать.

Доказательств, что история работает на пользу человека, нет, потому что у нас нет даже шкалы для объективного измерения такой пользы.
---

Главное, выставить направления стрелочек, сила действия — палочки к ним нарисуются.

Первое решение всех совещаний — ничего не решать.

Катая мысли есть возможность скатать жемчужину.

Ни одной работы не заканчиваю, пока не услышу её «да» или «нет».