В несвободной стране фильм о катастрофе в этой стране имеет последствия, как и сама катастрофа.

Сначала наделают гвозди из людей, а потом этими гвоздями прибивают других людей.

Раньше: много денег — много проблем.
Сейчас: много лайков — много проблем.

Жертва насильника со стокгольмским синдромом всю оставшуюся жизнь будет рекомендоваться всем своего насильника.

— И Ад, и Рай только в наших головах!
— И зачем ты давишь на них?

Накачал человека лайками и он сам пойдет на амбразуру.

Если каждый начинает тянуть одеяло на себя, приходит тот, кто забирает одеяло. Тем, кто не замерз, уже не остается выбора, как, для согрева, сбиться в кучу.

Вангую: в Альманахе будет много спёрлов.

Человек быстро привыкает к хорошему. Жаль, но человек очень не быстро привыкает быть человеком.

Какие чувства у главного манипулятора, теми чувствами пытаются манипулировать манипуляторы помельче.

Спрос рождает цену и предложение. Цена и предложение рождает очередь. Очередь рождает тех, кто в ней не стоит. Те, кто не стоят, либо уже получили без очереди, либо не получат никогда.

Каденция длиною в жизнь.

Станешь ли ты отталкивать человека от грабель, если он снова хочет на них наступить? Тогда не стоит останавливать и историю, жаждущую снова наступить на исторические грабли.

Борцу за будущее мстят и прошлое, и настоящее. Прошлое — за забвение. Настоящее — за измену.

Человек может очень далеко зайти. Стоя на одном месте.

Если все время кричат о молчащем большинстве, хотят, чтобы большинство — замолчало.

Если нашел то, что стоит поменять, значит ты в самом начале пути.
Если нашел то, что менять не надо, ты в самом конце.

Вопрос — когда мы стали такими жестокими — неверен. Правильный вопрос: когда вы сделали нас такими жестокими.

Человек, обижающийся на то, что с ним играют — глуп. Любимые игрушки бережно хранят всю жизнь.

Черно-белые фотографии по степени слезоточивости на голову выше цветных.