Красоту увидеть в некрасивом,
Разглядеть в ручьях разливы рек!
Кто умеет в буднях быть счастливым,
Тот и впрямь счастливый человек!

Разве не хотелось тебе взять её голую или в одежде, чтобы раздеть и целовать куда глаза глядят, а если закрыты глаза, то губы. Губы лучше видят-куда.Чтобы слышать, как дыхание её стало глубже. Именно там, на глубине души лежат словно глубоководные киты-чувства.Это страсти могут быть зарыты в груду неглаженного хлопка и немытого фарфора, а настоящие чувства-они глубоко, до них надо доцеловаться. Поцелуй-лучше всякого слова, он-мерило её доверия к тебе. Ты слышишь частые шаги, это сердце её, что ушло в пятки, любопытное, возвращается и остаётся где-то в середине живота. Там тепло. Теперь оно бъётся быстрее, но равномернее, зная, что не будет разбито, и не будет разочаровано ни при каких обстоятельствах, после…
Оно наполняется влюблённостью так же быстро, как и влагой наполняется желание. Внизу уже потоп. Желание тащит на дно…
на самое дно удовольствий.

Иногда мы встречаемся с людьми, которые оставляют глубокий след в нашей памяти. След, который никогда не стирается. А бывает и так, что мы всю жизнь находимся рядом с человеком, цену которого понимаем лишь после его смерти… Это, наверное, заложено в человеческой натуре. Но скорее всего мы сами не хотим замечать таких людей и выбираем душевную слепоту. Почему это так, знает, вероятно, только Господь.

Всегда, когда я смотрю на обездоленных, перед глазами всплывает лицо одной простой женщины, кот…
… показать весь текст …

Горчичного цвета деревья, молчаливые дни «в себе», последние тёплые мгновения и подготовка к первому запаху мороза. Разгар осени. Здравствуй, милый Октябрь.
О тебе пишут «вкусные» книги и красочные стихи. Тебя смакуют по глоточку, как многолетнее дорогое вино.
Тебя ждут и боятся. Октябрь, ты влюбляешь и разочаровываешь.

Для меня этот месяц — пора новых начинаний, внутренней перезагрузки, аллергии на соц. сети и безумная жажда тепла и присутствия в жизни. Не столько хочется уюта, сколько самости и сортировки своего от навязанного.

Пожалуй, самый громкий аккорд года перед сказочным завершением.

Когда тебя качает от усталости,
Когда потерян счёт твоим делам,
Не позволяй себе рыдать от жалости,
Не дай сложиться двум твоим крылам.

Иди вперёд, собой любуйся милою,
Не унывай, открыта будь добру,
И поднимись над суетой постылою,
Любуйся солнцем, небом поутру.

И все свои проблемы, неприятности,
Ты вдруг забудешь, стоя у зеркал.
Смени прическу и побольше яркости.
То, что устала, кто тебе сказал?
… показать весь текст …

Умирают романтики.
Чаще всего во сне.
Передозом наивности сломаны, искалечены,
на воняющей краденой похотью простыне,
выпуская из пальцев полтысячи неотвеченных.
На прокуренных кухнях, макая в вино вину,
на салфетках, исчёрканных строчками неуклюжими,
умирают романтики на полпути к окну,
задыхаясь стихами, глупыми и ненужными.
Кое-как подлатавшись, лицо посадив на клей,
умирают в метро, а другие потом, на улицах,
напоровшись с разгону на «деточка, повзрослей»
и, контрольным, добитые «ладно, жена волнуется».
Обменяв на коньяк направление на аборт,
… показать весь текст …

Упаду в твои ладони
каплей нежною росы,
прикоснусь к тебе любовью
света утренней звезды.
Обниму тебя ветрами,
песней птичьей позову,
и роскошными лугами
в мир прекрасный уведу.
Тишиной укрою плечи,
защитив тебя от бед,
солнцем выгляну навстречу,
излучая тёплый свет.

Погасло солнце, как светильник за порогом,
Сбежал трусливо разобидевшийся день,
И внемлют ветру и извилистым дорогам
Пустые избы позабытых деревень.

Они молчат поленьями гнилыми,
Они глядят печально в небеса
И заколоченными ставнями косыми
Не узнают почти родные голоса.

Они молчат. Свидетели былого,
Седые храмы покалеченной страны,
Как заклинание невыжившего слова,
Они прощают нас в просторах тишины.
… показать весь текст …

Мне не найти пространство слов,
не уловить в полёте точность…
Как неустанный птицелов
силков испытываю прочность,
пытаясь в просини небес,
в движенье белых каруселей,
держа мечту наперевес,
вдохнуть дыхание апреля.
Унять непрожитость пути…
И расстоянья невозможность
в словах и отзвуках взрастить,
чтоб стих пролился осторожно…
Пусть растечется вширь ручьём,
прозрачней истины причастья,
… показать весь текст …

Дрожит зрачком зауженным луна,
слезой стекает в воду отраженье.
Прохладной лимфой моря целина
беззвучно топит вод своих скольженье.
Густого неба многослойна ткань,
где различимы контуры извилин.
Хребтами скал разверзнулась гортань
в бездонной пасти ночи. Обессилен
под гнётом ветра сжиженный туман —
забился в поры мелкого песочка,
укрыл края подземных рваных ран,
разросшись плотной крепкой оболочкой.
Покровы трав растянуты взахлёст,
как лоскуты ворсинистых материй.
… показать весь текст …

Я гляжу в небеса и болтаю с продрогшими птицами,
не задав им вопроса, ответы ловлю на лету.
Я увидел, как вяжется город огромными спицами
кем-то в кресло усевшимся, где-то совсем на верху.

Этот кто-то задумал создать ощущение праздника
и вплетает в сюжетный каскад разносолье цветов,
он с тревогой в глазах и натурой былого проказника
укрывает пейзаж под затейливым пледом зонтов.

Здесь по улицам вечером пляшет благое безумие,
поглощенное тайной былых пережитых веков,
а свидетели-сфинксы застыли…
… показать весь текст …

Уйти в морозный вечер отрешенный,
хрустя снегами и дыша тоской,
чтоб этот мир — бездонный и бесшовный —
сумел взрастить желаемый покой —
вот мой простор, что безмятежно лечит
и растворяет памяти пласты…
Когда душа — уснувший белый кречет —
взлетит к созвездьям? Ясны и просты
вдруг станут разом мысли и тревоги,
ветра расплещутся в беззвучный унисон,
и разбегутся тайны и дороги,
сплетая жизнь в узорчатый виссон…
Найти в снегах осколки постоянства,
еще готового отчаянно сверкнуть,
… показать весь текст …

В поисках истины тщетно теряю нить —
бездна вопросов гремит, как вороний грай.
Как же гнездо мне в жизни умело свить
и не пропасть в суете одичавших стай?

Как же мне смочь отыскать, раздарить и взять,
чтобы успех не тронул чужой покой,
как удержать те реки, что жаждут вспять
и приручить пространство своей строкой?

Как в ожиданьи солнца суметь спасти
семя надежды и уберечь росток
от одуревших птиц, что смогли смести
весь урожай надежд на святой исток?
… показать весь текст …

— Ты не хочешь сказать мне слово?
— Слово — пыль. А её хватает.
— А зачем же тогда романсы?
— Это сказки, что слез не знают.
— Кто же знает их? Мы с тобою?
— Я?.. Не знаю. Быть может ветер…
— Почему же тогда он плачет?
— Он боится тебе ответить.
— А к чему нам тогда дороги?
— Чтоб идти, в ожидании чуда.
— А оно пролетит-случится?
— Может быть. Если нас не забудет.
— А зачем мы идем по камням?
— Они знают о наших бедах.
… показать весь текст …

Привыкаю без тебя
СПАТЬ,
дышать и думать о звездах…
и даже рассвет встречать,
и быть иногда серьезной,

привыкаю без тебя
БЫТЬ
ласковой и послушной,
и по течению плыть
особенно равнодушной,

привыкаю без тебя
ЖДАТЬ
… показать весь текст …

Немцы и полицаи замучили жену и сына Василия Сухомлинского. Об этом вряд ли станут рассказывать в дни 100-летнего юбилея выдающегося педагога. Бандеровская идеология не предполагает таких исторических ракурсов.
Именно страшное горе заставило Сухомлинского уйти с головой в работу. Именно страшное горе в его взгляде на послевоенных фото, когда, казалось бы, столько времени прошло, у него новая семья, дети…
Вот как Василий Александрович вспоминал о страшной гибели своих родных.

«Перед войной были…
… показать весь текст …

Какая может быть честность, объективность и справедливость в мире, где люди сплошь и рядом ориентированы лишь на собственные выгоды!

А я люблю… И возраст не помеха,
Мне всё равно, что скажут обо мне,
Увидела я вдруг полоску света,
Средь одиночества, во тьме и пустоте.
Избранник мой уже не молод,
И много дел, забот в его руках,
Ищу я подходящий повод,
Чтоб он заметил искорку в глазах.
Быть может, он откликнется душою,
В момент отыщет нужные слова,
Не просто ж так следит давно за мною,
Из своего открытого окна.
И мне цветы он подарил однажды,
Смущенно улыбался и молчал…
… показать весь текст …

День 1. Набирал заложников. Пил с каждым. Чуть не сдох.
День 2. Пили с заложниками. Чуть не сдохли.
День 3. Похмелялись. Выдвинули требования: самолёт и за каждого заложника — ящик пива.
День 4. Всё, что требовали, дали. Пиво выпили. Заложники не ходят уходить. Пришлось пропить оружие.
День 5. Пришёл ОМОН. Нажрались. Меняли светошумовые гранаты на водку.
День 6. Пробубенили самолёт. Весь день искали. Нашли. Пропили.
День 7. Ожидали специальную группу захвата. Обещали принести пива. Пришли. Принесли водки.
День 8. Всем плохо. Пришли врачи из «Красного креста», принесли спирта. Полегчало.
День 9. Пришли люди. Сказали, что заложники. Оказалось — приблудные. Ничего не принесли. Поменяли их на пиво.
День 10. Взяли штурмом запасы авиационного керосина. До чего противный вкус.
День 11. Два дня пили по-чёрному. Больше не могу. Надо потихоньку сваливать.
День 12. Хотел свалить. Не пустили — обещали набить морду, если сдамся. Пили.
День 13. Мама! Забери меня отсюда!