Воспитанные улицей, детдомом и подвалом,
Сердца, что рано горе повидали.
Что может быть еще страшней, чем эта рана,
Что детство горьким пеплом запятнала.
По гаражам мы прыгали без страха, в пропасть,
В попытке убежать от боли, ярой злости.
Казалась жизнь тогда светлей, нелепость,
Когда надежда тает, словно в песне серой.
В глазах печаль, в душе осколки льда,
Но вера в чудо где-то глубоко жива.
И каждый шрам как знак, что мы смогли,
И не сломаться, не упасть и не уйти.
Мы дети улиц, сироты судьбы,
Но в каждом сердце искра чистоты.