Если требуется большое искусство, чтобы вовремя высказаться, то немалое искусство состоит и в том, чтобы вовремя промолчать.

Горячность, которая с годами все возрастает, уже граничит с безрассудством.

Счастье или несчастье человека в такой же степени зависят от его нрава, как и от судьбы.

Каждый может быть легко обманут тем, кого он любит.

Верный способ быть обманутым — это считать себя хитрее других.

Лишь немногие достаточно разумны, чтобы полезные порицания предпочитать ложным похвалам.

Не давая нашим друзьям заглянуть в самую глубину нашего сердца, мы это делаем не столько из недоверия к ним, сколько из недоверия к самим себе.

Усилия. которые мы прилагаем, чтобы не влюбиться, порою причиняют нам больше мучений, чем жестокость тех, в кого мы уже влюблены.

Самое причудливое безрассудство бывает обычно порождением самого утонченного рассудка.

Мы часто прощаем тех, кто нас утомил своим занудством, но никогда — тех, кого утомили мы сами.

Гордость свойственна всем людям; разница лишь в том, как и когда они ее проявляют

Как только дурак похвалит нас — он уже не кажется нам так глуп

В человеческом сердце происходит непрерывная смена страстей, и угасание одной из них почти всегда означает торжество другой.

Каких только похвал не возносят благоразумию! Однако оно не способно уберечь нас даже от ничтожнейших превратностей судьбы.

Желание вызвать восхищение или жалость — вот что нередко составляет основу нашей откровенности!

Нет ничего несноснее, чем умный дурак

Чаще всего вызывают неприязнь те люди, которые твердо уверены во всеобщей приязни.

Достойно вести себя, когда судьба благоприятствует,
труднее, чем когда она враждебна

Уметь быть старым — это искусство, которым владеют лишь немногие.

Ум всегда в дураках у сердца

Дальновидный человек должен определить место для каждого из своих желаний и затем осуществлять их по порядку. Наша жадность часто нарушает этот порядок и заставляет нас преследовать одновременно такое множество целей, что в погоне за пустяками мы упускаем существенное.