Один, обманывая другого, думает, что тот простак.
Как бы не так.

Не устаёт народ от пошлости,
Зараз съедает с аппетитом,
Не стриженая и не бритая,
Накаченная дозой борзости,
Бесполая, развязно-наглая,
Разгуливает топлис улицей,
С перегоревшею сигналкою,
С себе подобными целуется.

И по пути ей нет указчиков,
Она сама собой красуется,
Понтовые перчатки-пальчики,
В дыру любую носом сунется,
А воздух сзади загазованный,
… показать весь текст …

Если между «бороться», «переживать» и «принять» выбрать последнее —
можно выиграть билет и для сохранения здоровья, и
спокойствия души.

Быть неповторимым подражая удаётся очень редко:
- Либо стиль изложения похож на уже не имеющийся.
- Либо мысли извращены до неузнаваемости, ценности
же и новизны никакой не имеют.

В зеркало, ты в коем без прикрас,
Плеваться можешь сотню раз,
Оно вослед лишь усмехнется,
Ведь, вытирать тебе ж придётся.

Любовь молчалива, но работиста.

Относитесь с юмором к фразе, — мелко плаваешь, попу видно".
Глубина, понятие сугубо личное, если только это не ГОСТ.

Августовская любовь в смысле крепости и зрелости на первом месте
в отличие от майской — бесшабашной и жгучей июньско-июльской страстью.

Мамины колени, мамин подол и мамин фартук — они меня учили, защищали и скрывали от невзгод. Как на стульчике сидя ела, пила и слушала: тёплый родной голос. Слышала как стучит внутри её сердце: плачу я и плачет оно, моя радость и в её груди стук молоточка чаще и сильнее,
Сколько слёз впитал мамин подол, можно прополоскать не одно платье.
Под фартуком можно было спрятаться от любых невзгод и детских обид. А сколько страхов обезвредил мамин фартук, сколько невообразимых чудищ, монстров и приведений он поглотил и нейтрализовал.
Мамины колени — их запах неповторим: они одновременно пахнут сладостями и печёным, цветами и травой и ещё чём-то необъяснимо особенными.
И пока жива мама, наши головы всегда найдут покой и ласку.
Стоя на коленях перед светлым и святым человечком, мамой, склоняя на её колени голову, возвращаемся в беззаботное детство, становясь снова детьми.
Уже этого достаточно, чтобы не забывать своих матерей.

Матерящаяся женщина всегда неудовлетворенная.

Тучи безответно влюблены в землю: иначе стали бы они с завидным упрямством выползать на небо, метать гром и молнии, а потом лить и лить обильные слёзы сверху.
Правда же, у каждого своя, особая манера проявления чувств.

Говорят, что рано, или поздно человек встретится с самим с собой.
Но как он себя узнает, если ничего о себе не знает…

Снуют мурашки, ищут выход,
Дрожит душа и еле дышит,
Сердце замерло в надежде,
Буря пройдёт, мир будет прежним,
Ведь всё приходит к тому, кто ждёт,
Поверь и ты, что всё пройдёт.

По сути своей человек — омут
со всеми вытекающими обстоятельствами.

У женщины, спящей с краю, муж «налево» не ходит.

Труд — это всегда пот от усилий,
умственных, или физических — не важно.

С годами жизнь не так плотна —
Для живописи, полотна.

Слаб на слабости человек, но силен на их оправдания.

Что им стоит раз обидеть,
Следует же извиненье,
Скудно зренье рану видеть,
На душе от потрясенья.

Что им стоит жить и дальше,
С глаз долой из сердца вон,
Суть таких из лжи и фальши,
Совести лжецов заслон.

Их обида — им разрядка,
Выброс яда в атмосферу,
Верить сразу ли, с оглядкой,
Может дать отпор пантере?
… показать весь текст …

Как только небо не терзает землю: жжет, морозит, дождем поливает,
градом осыпает, снегом заметает, ветра страшные шлет на нее…
Все терпит земля — матушка, как мудрая женщина знает,
что она и дом родной, и защита, и справедливость.
А «если, мать праведна, так и ограда каменна».