Если у пчелы отнимут крылья, и она будет ползать, — она всё равно ужалит за свой мёд.

…перед нами стоят виртуальные чаши
идеальной любви и волшебных побед,
замирают сердца от вкушения блажи,
что найдётся на дне виртуальный билет
в мир реальный, но нет его там… и не верьте,
будто мир из реалий, творя суету,
не проявит её, но в другой круговерти, —
виртуальностью рая в паучьем аду, —
о, блистание жизни, о, прелесть подделки,
где адепт, точно лев, в этом сладком раю, —
и отважен, и смел, да и думы не мелки,
но на троне иллюзий негоже царю…

Елене юной
моему другу

Леночка, Леночка, милая кроха.
Что же ты смотришь, совсем не дыша,
В листик бумажный. Поспи же, дурёха, —
Вот будет счастье у робких стишат.

Их не пинают и рожи не корчат,
Даже банальными их не зовут,
Им хорошо, их не ведает порча…
Но отчего они сердце скребут?

Счастье стучалось во все двери!
Те, кто за дверью, смотрели в «глазок» и спрашивали: «Кто там?» либо «Чего надо?»
А счастье, счастливо улыбаясь, от души говорило:
«Я — Счастье, я хочу с вами поделиться!»
А ему хмуро говорили: «Да иди ты отсюда, сейчас полицию вызову!»
И Счастье, не обижаясь, уходило и стучалось в другие двери.
Счастью открыл дверь только ребёнок, которому настрого родители запретили открывать дверь посторонним.
Но у Счастья была такая дурацкая и счастливая улыбка, что ребенок ни на секунду не засомневался, что перед ним Счастье.

Она себе назначила такую сногсшибательную цену, что нашёлся всего один дурачок!
Это я.

Из вереницы дней, во мрак идущих,
Сплелась тоска… Так хочется вина
Поднять фужер во славу дней грядущих,
Но ты поднял тоски бокал — до дна!

И пьёшь, и пьёшь… да не живит «водица»…
Уходят дни… ни радость, ни беда.
В слепое сердце, чтобы поселиться,
Заглянет осторожно пустота.

Входи, входи… непрошеная гостья,
Но только чувств, прошу, не вороши…
И руку спрячь, уложенную горстью.
Я не отдам тебе своей души!

Если вы крепко подружились с матушкой Пьянством, то вполне возможно, что её маленькая дочурка Белочка проникнется к вам доверием и будет называть вас: Папой.

Твой образ чище всех моих страданий.
Осколки могут ли былой мечты
Сиять алмазом первозданных граней,
Рассыпавшись по сердцу, где лишь ты?
Пусть та любовь, что надо мной царила
Бесчувственно отвергнута тобой,
Но только с ней тепло даёт Светило
И цвет у неба чисто голубой.

По мотивам «Паломничество Чайльд-Гарольда «Ианте»
Джорж Гордон Байрон

Первое правило Закона эквивалентного обмена гласит:
Если очень нельзя, но очень хочется, то найдите подругу либо друга, которому очень хочется, но очень нельзя, и обменяйтесь впечатлениями. На выходе должно возникнуть — обоюдное «можно».

Цивилизация проникла во все щели и во все тайники нашей жизни. Испокон веко красились только женщины. Но выдумали косметику для мужчин, в которую в том числе входят разные кремы и пудры. Подходит мужчина среднего возраста к зеркалу в ванной, щупает своё лицо, берется за складки и морщины, то оттягивает их, то поглаживает. И видит множество разных кремов и баночек на туалетном столике. Жена купила. Начинает он их открывать, вдыхать запахи, мазаться ими, растирать их по лицу. Закончил все процедуры, посмотрелся в зеркало, и отупел от счастья. Вылитый маньяк!

Уж, если Вам сорвало крышу,
А всем на это наплевать,
Не удивляйтесь вновь услышать:
Блять! Чумачечая опять!

«Туда нельзя!», — так говорит мне разум,
Но я иду, хотя туда — нельзя,
Не потому, что мне нужна зараза,
А потому, что я есть больше, чем нельзя.

Пришло письмо от некой Леси Максименко:
Короткая анкета —
всего 3 минуты — и деньги в кармане.
Я парень простой и долго не заморачиваюсь с супер выгодными предложениями. Написал в ответ:
Себе за три минуты бабло на карман кинь.

Однажды одна дама средних лет, очень большой ценитель балетного искусства, находясь в обществе своей подруги, как-то заприметила Николая Цискаридзе, выдающегося артиста балета и танцовщика, премьера Большого театра.
Тот выходил из огромного супермаркета с покупками.
В левой руке он нёс огромный пакет с продуктами, а в правой — десяток яиц в полиэтиленовой коробке.
Дамы не могли удержаться, чтобы не взять у Цискаридзе автограф.
Окружив танцовщика, дамы просили его оставить им автограф, а та, что была ценитель балета, протянула Николаю свою маленькую записную книжку.
Цискаридзе внял их просьбам, он переложил яйца в ту руку, что была с кульком, и поставил свой автограф с пожеланиями любви и счастья.
После этого он им сказал: «Смею заметить, что я неплохой танцор, и показал бы вам свой танец, но, как видите, яйца мешают», —
при этом он кинул взгляд на коробку с яйцами в левой руке.
Юмор был дамами оценен и они довольные удалились.

…есть люди, которые ходят о разным улицам, слушают разную музыку, и вообще они исчадие разности, но они не отделимы друг от друга, души их нельзя разделить никаким способом, а хирургически тем более…

Если пьёшь вино знай, что последняя капля это я.

Женщина не может занять всё твоё пространство, тебе просто не останется, если, конечно, ты не разместишься на Женщине.

…дрочить надо до тех пор, пока жизнь не начнёт мастурбировать.

Не улыбайся и я не оскверню взглядом твою улыбку. Улыбнись, не мне навстречу, а жизни. Улыбка-плохая таблетка? Согласен. Может из-за своей херовости в душе мне улыбнулась никак. Бывает. Меня вообще на что-то радостное было подвинуть проблематично.

Вчера было классно… Но это было вчера.