…Вот это я тебе, взамен могильного венка. Взамен долгих унылых речей панихиды. Взамен траурного залпа и стопки водки, покрытой хлебом.
Вот это я тебе.
Склоняюсь над тобой, как над чашей. Окунаюсь, погружаюсь в бездонную муть твоей души, ловлю губами сумрачные призраки твоих снов.
Постигаю тебя, как истину.
Сдираю, соскребаю, смываю покровы образов и чужих мнений. Копаюсь в заплесневелой шелухе твоих масок, наощупь выискивая под ними — тебя.
Ты был демоном и ангелом, был героем и мразью, последним романтиком и первым из циников, был провидцем и дураком, красавцем и уродом, сибаритом и аскетом, тебя убивали и воскрешали несчетное количество раз.
Ладони потеют. Пальцы оставляют влажные следы на потертых клавишах.
Играю тебя, выводя среди витиеватых вариаций одну главную, торжествующую, бушующую и простую, как военный гимн, тему.
Пою тебя, и ты — как бритва в моем горле. Кричу тебя, выхаркиваю тебя с кровью — да святится имя твоё!
Смотри, смотри, это всё — тебе!
Вечерний жар и вялость поутру, и саднящая боль потрескавшихся губ — тебе!
Лихорадочная дрожь слабеющих пальцев — тебе!
Отчаянное бессилие, мука безголосого соловья, душная пелена спутанных волос, алкогольное жгучее бешенство — тебе!
Восторженный угар познания, ликование первооткрывателя, праведный гнев защитника в судебном процессе — тебе, тебе, тебе!
Да святится имя твоё…
Нанизываю слова, как окатистые жемчужины, бисером вплетаю тебя в ткань мироздания, набатным громом — да святится имя твоё!
Имя твоё — легкий узор на муаре бытия.
Имя твоё — темная манящая тайна.
Имя твоё — сладкая горечь полыни.
Имя твоё — свист древних ветров среди поднебесных горных вершин.
Смотри, я твой хронист, я твой певец, я разрушитель легенд и создатель новых мифов.
Я разбиваю старые скрижали, в которых ты — мертв, и создаю новые.
Бушующим пламенем оголённых нервов моих выжигаю я смерть твою! Покроется стылым седым пеплом забвения гибель твоя!
И горит на новых плитах истины вечное, как страсть перворожденного дракона:
ДА СВЯТИТСЯ! ИМЯ! ТВОЁ!
***
Воспалённый рассвет пробирается через жёлтые шторы.
Пепельница встопорщилась окурками. Смятые жестяные банки, остатки пива выдыхаются на донышке старой деревянной кружки. Мышка в подсыхающей лужице кофе. Устало мурлычут наушники: «Нас утро накажет за шумную ночь, мы уснём, когда все пойдут по делам…» Покорёженные очки, затрёпанный Кафка и перекидной календарь с датой: «8 марта».
Уронив голову на руки, спит за компьютерным столом та, что пафосно именует себя Чернокнижницей.
Экран мигает, и темень скринсейвера скрывает от постороннего взора то, что родилось за эту ночь.
Всего два слова…
Его имя.

Никто не ведает своего часа… Не хочется тратить оставшиеся секунды на всякую чушь. Отказывать себе в удовольствиях, в радости, в друзьях… Жизнь — это великий дар и счастье. Мы не имеем права расходовать ее на всякую муру вроде диет, сомнительных обязанностей, никому не нужной мести… На что люди тратят жизнь? На ненависть, карьеру, деньги, славу, глупое самоутверждение… Все это не котируется ТАМ. Это так здорово — проснуться утром. Всего лишь проснуться… Значит, еще один день есть, еще одна песня, еще можно радоваться. Представь — целый день счастья! Нельзя тратить время попусту, потому что однажды можешь уснуть навсегда. И у тебя не будет с собой ничего, чтобы осветить дорогу — ни любви, ни радости, ни счастья… одно разочарование и злоба на потерянную жизнь. Судьба — не черновик, заново не перепишешь. То, что сделано — сделано навсегда

Имя — это слишком личное. Это сущность, это шифр человеческой души. Так учит Темная магия, об этом молчит Светлая. Имя — страшная сила. Позволить называть себя по имени — все равно что поцелуй в губы: предельная степень доверия, крайняя стадия уверенности. Никто из тех, кто имел дело с Темными Искусствами, никогда не называет никого по имени просто так.

Много будешь знать — не успеешь состариться.

…Беда в том, что девочки растут… А девочкам хочется любви. Даже самым страшненьким, даже самым-самым дурашливым всегда хочется любви. Нам постоянно поют из радио всякие глупенькие песенки про любовь, мы читаем про нее в книжках, и нам отчаянно хочется ее — красивой, возвышенной и томно-порочной одновременно, прекрасной. Книжной. А такой не бывает. Почему нас окружают сладкими до аллергии иллюзиями, зачем нас пичкают розовыми сказками, для чего в нас взращивают эту бесплодную романтику? Ведь мы, начитавшись и наслушавшись, будем искать себе вот такую любовь! И не найдем, потому что ее не бывает! Зачем нас обрекают на унижение разочарования, на ужас расставания с мечтой? Ни одна девчонка, вдруг обнаружившая, что с высокой любовью ее жестоко обманули, не решит, что прекрасных и благородных принцев не существует в природе как вида. Она решит, что это она сама недостойна. За что такое наказание? В чем мы заранее виноваты?

25 мая. У него завтра день рождения. Они договорились встретится в кафе.
26 мая. Он не пришёл.
27 мая. Он приехал днём. Она вышла к нему. Нервно закурила сигарету. Он что-то говорил, оправдывался. Она не слышала.
Прошло 2 месяца. Он ни разу не приехал.
Она сидела в кафе с подругой, пили вино. Подруга закурив очередную сигарету сказала: Ты знаешь, что он женился?
Она тихо спросила: Когда?
-26 мая.
Она позвала официанта и заказала водки.
Осень.За окном дождь. Зазвонил телефон.
-Да.-Ответила она.
-…
… показать весь текст …