Приходи ко мне, Осень, пить рябиновый чай…
Я окно распахну… посидим, помечтаем…
И в мой дом залетит лист кленовый отважно,
Передаст мне привет! От кого? Уж не важно…
Погрустим с тобой, Осень, грея руки о кружки…
Я тебе свои тайны расскажу, как подружке…
Приходи ко мне, осень,
пить рябиновый чай…
Я окно распахну… посидим, помечтаем…
И в мой дом залетит лист кленовый отважно,
Передаст мне привет! От кого? Уж не важно…
Погрустим с тобой, осень, грея руки о кружки…
Я тебе свои тайны расскажу, как подружке…
Помашу я во след улетающим стаям
И поймаю рукой… Лист кленовый, усталый.
Поцелую… и вновь отпущу в след по ветру…
Он в окошко твоё постучится с приветом.
Может, тоже скучаешь и тихо грустишь?
Я развяжу… мешочек с кофе…
В него я руку опущу…
Глаза прикрою…
Посижу тихонько…
Быть может тихо погрущу…
Проблемы все и сожаленья…
Текут сквозь пальцы…
К зёрнам вниз…
И измельчив немного кофе…
Исполню свой любой каприз))
Перемолов с зерном проблемы…
Напиток чудный заварю…
Тихонько выпью…
И Вселенной…
Кто сказал, что осень не может быть океаном?
Что деревья не могут гнуться, как мачта в шторм?
Кто сказал, что осень должна быть для всех капканом,
А не поводом вновь заглянуть за пределы форм?
Пусть колышутся листья, как волны о дикий берег.
Пусть во всей атмосфере витает простор Земли.
Волшебство прилетит даже к тем, кто в него не верит.
Если примет нас ветер, то и мы бы его — смогли.
Кто сказал, что осень не может быть океаном,
Пахнуть солью, звучать балладами моряков?
Пусть вода будет рыжей…
Чай — это всё же личное,
В круговороте листвы за окном.
И по — детски, наверно комичное,
Но, мы вспомним об этом потом.
Чай — это все же личное,
В каплях дождя за стеклом,
И со вкусом имбирно- черничное,
На подоконнике, в пледе с вином.
Чай- это все же личное,
В потоке машин и людей,
Ты не ищешь что-то безличное,
Средь тумана дорог, фонарей.
Чай — это все же личное,
Это дома коснуться плеча,