Можно продлить чашкой кофе свое пробужденье,
Терпкостью дыма вдохнуть смерть врача-сигареты,
Можно почувствовать холод стены — наважденья,
Где ты развесил надежд и стремлений портреты —
В солнечных рамках предутренних сложных желаний
Что-то постичь в этом Богом не видимом мире,
Что-то понять в круговерти из света и тени
На опустевших песочных часах… Только грани
Бледной луны на оконном стекле — перепонке
Лезвием бритвы срезают твои размышленья —
Снова и снова ты лечишь кофейностью нервы,
Снова и снова все ближе подходишь к воронке,
К самому краю, где колбы смыкаются болью,
Где равновесьем меж «до» и безвременным «после»
Время — песок в миг отравит тебя горькой солью,
Солью познаний, что осень — есть осень… Хотя бы Это поймешь… Убегая в прощания гавань,
В жуткий приют одиноких людей листопада —
Ты не спеши лезть под здвездно-обманчивый саван,
Пусть сигарета еще подымит, как лампада.