Она курила, он в коляске кричал, что божий свет не мил,
но Бог людей всегда любил и верил в радость, мрак и сказки.
Киты младенцу улыбались из глубины седых морей,
а Бог всегда любил людей, но был ничей, хотя пытались
ему понравиться народы своей лукавостью, стремленьем
быть лучше, только вожделеньем не быть в почёте, в славе, выше.
Скрипач сидел порой на крыше, играя музыку времён,
забыв про значимость имён.
Она курила, мальчик плакал, по солнцу молнии блуждали,
но и они тогда не знали, что станет мир вопросом лет.
Сей удивительный сюжет стал непременным атрибутом
веков, живущих на земле или в космической дыре.
Переплелись у старой вишни плетень, сакральный смысл и пень
травою мудрой — повиликой. Но станет ли судьба великой,
предскажет Он — простой Всевышний — «Женьшень»,
цветущий цветом пышным там, где земле дышать не лень.
Она курила, плакал Бог, прошедший в мире сто дорог,
но не нашедший тишины, ушёл в пределы вышины.
Плывут по небу облака, идут снега, сверкают звёзды.
Народы в гадостной коросте не видят выше потолка.
© Улиана 230
