облаком памяти —
лёгким,
почти невесомым,
с оттенками давнего солнца
и тихим шёпотом слов,
когда‑то сказанных наспех,
а теперь ставших светом.
Он ложится на крыши,
на тропинку у дома,
на лицо, поднятое к небу, —
всё — отблеск того,
что не вернуть,
но что дарит утро
своим первым дыханием.