Она вошла в мою жизнь, появившись на нашей улице в Киткрае (так назывался район старого города, в котором жили русские, казахи, татары, корейцы и другие народы — в общем полный интернационал). Мне тогда было 14 лет, ей 16. Отец Лянки работал в какой-то артели, а Лянка с матерью гадали на рынке и предсказывали судьбу с помощью попугайчика, который вытаскивал из коробочки «письма судьбы». Бывая на рынке, я как-то не обращал на это внимание и всегда проходил мимо. Но, однажды что-то заставило меня остановиться и я стал смотреть как попугайчик клювиком перебирал свёрнутые конвертики с записками для молодой женщины.
Я подошёл ближе, Лянка, увидев меня подошла и сказала:
-О, очкарик, тебе погадать, хочешь узнать свою судьбу?
Я передернул плечами и повернулся чтобы уйти. (Я с 12-ти лет носил очки, увлекшись чтением книг, особенно по астрономии).
-Не обижайся, сказала она, тебя все так зовут на улице, а соседские девочки говорят, что это от того, что ты много читаешь.
-Что еще ты обо мне знаешь, спросил я.
-Я все знаю, сказала Лянка, ты стеснительный и малообщительный и единственный из пацанов в квартале, кто пока ещё не пытался меня поцеловать, потискать и получить по морде…
Я промолчал, потому что знал что пацаны постарше были влюблены в неё.
-И еще я знаю, что ты по ночам на крыше сарая смотришь в бинокль на Луну и звёзды. Что ты там ищешь, очкарик, покажешь мне? -спросила она.
Я молча кивнул головой.
Лянка повернулась и что-то сказала попугайчику на своем ромском языке. Тот начал активно перебирать лапками конвертики в ящике, прошёлся раз, второй, потом пискнув, опрокинулся навзничь и поднял лапки. Лянка прикрикнула на него, но картина с попугайчиком повторилась вновь.
Лянка что-то сказала матери, та пожала плечами и что-то пробурчала, но попугайчик упорно лежал с поднятыми кверху лапками.
-Это потому, что твоя судьба ещё не написана-, сказала Лянка, взяв мою руку и повернув ладонью к себе, начала долго её рассматривать, несколько раз бросая на меня косые взгляды. Потом, повернувшись к матери что-то сказала ей. Та, подойдя ко мне, тоже долго-долго рассматривала мою левую ладонь и повернувшись к Лянке начала что-то быстро-быстро говорить и отпустив мою руку сказала:
-Никогда не видела такую ладонь с такими линиями, у тебя две жизни и необычная судьба, которую ты будешь писать сам…
Лянка долгим взглядом посмотрела на меня и сказала:
-Вечером приду на крышу и ты расскажешь мне о звёздах, а я расскажу то, что прочитали по твоей руке…
Я молча проглотил слюну, чего греха таить, мне она нравилась, но подойти к ней стеснялся, красивая была чертовка и классно танцевала…
Весь день я был как сам не свой, ожидая вечера, и как только солнце опустилось за горизонт я поднялся на крышу сарая и стал ждать… Я ждал не ночи, чтобы смотреть на звёзды, я ждал её, Лянку…
Смеркалось… Тихо скрипнула калитка и на крышу по лестнице стала взбираться Лянка. Я протянул ей руку и усадил на одеяло, на котором я иногда засыпал после ночных бдений.
-Ну что скажешь, обратился я к ней, ждёт меня дорога дальняя и казённый дом, рассмеялся я.
Она повернулась ко мне и тихо сказала:
-Это совсем не смешно, тебя действительно ждёт дальняя дорога, но не сейчас. И дело даже не в этом, а твоей линии жизни, но об этом потом, когда позолотишь ручку, иначе ничего не расскажу. Расскажи лучше, сказала она, что ты ищешь на небе и что там видишь.
Её вопрос заставил меня врасплох, ибо я и сам не знал, что же я там ищу… Я молча протянул ей цейсовский бинокль, направил его в сторону откуда должна была взойти красная Луна.
-Смотри и слушай, сказал я.
Из-за крыш домов стала подниматься кроваво-красная Луна.
-Что это, тихо спросила Лянка, почему она такая красная, я боюсь сказала она и прижилась ко мне. Я тихо положил руку на её плечо, она вздрогнула, но руку мою с плеча не сняла.
-Не бойся, сказал я, сейчас мы видим лунное затмение, когда Луна входит в тень Земли и поэтому тень делает Луну красной… Это очень нечастое явление, и стал рассказывать Лянке о Луне, о том почему видим только одну её сторону, почему некоторые участки Луны тёмные, другие светлые… Лянка вдруг встрепенулась и спросила сколько уже времени. Я посмотрел на часы, светящиеся стрелки часов «Победа», которые мне подарила мать за отличную учёбу, показывали второй час ночи… — Ой, сказала Лянка, мать будет меня искать. У тебя есть фонарик, спросила она.
Я молча достал из-под одеяла китайский фонарик, которым я направлял луч на звезды и свет которого терялся в бесконечности пространства.
-Позолоти ручку, сказала Лянка.
Я протянул ей новый реформенный рубль, который предварительно достал из копилки (ну, куда денешься от цыганки!). Она молча взяла мою левую руку и направила луч фонаря на ладонь.
-Смотри, сказала она. У твоей линии жизни два начала, которые сливаются в одну линию и эта линия идёт до самого запястья, и ты проживёшь долгую жизнь. Второе начало пересекается с линией судьбы и оно говорит, что у тебя есть и будет двойная, тайная жизнь, которая вплелась в твою основную линию жизни и она до самого конца будет определять твою судьбу. Ты и сейчас живешь и не знаешь, что твоя вторая тайная жизнь уже началась и судьба определила её направление…
-Чепуха какая-то, сказал я, — откуда вторая жизнь, куда судьба её направила?
-Ты уже знаешь это и не хочешь признаться в этом, сказала Лянка.
-Мне пора, сказала она и неожиданно чмокнув меня в щеку стала спускаться по лестнице. — Я еще приду, сказала она, и ты будешь рассказывать мне о звездах…
А я ошеломлённый, держась за щеку, словно хотел сохранить этот первый и неожиданный поцелуй, остался размышлять о словах Лянки…
Уже несколько лет назад я начал видеть странные сны, в которых я странствую по другим мирам и в которых мне приходят знания, доселе мне неизвестные и почувствовал неожиданное влечение к космосу… Я стал жадно читать книги по астрономии, звездные карты, я стал узнавать на небе созвездия, звезды и планеты (вследствие чего и заработал себе очки). И чем больше я читал, тем чаше приходили сны и знания вместе с ними (по книгам я проверял то, что видел во снах, скорее уж видениях, поскольку я это ощущал именно как видение…)
…Лянка пришла через несколько дней, когда я уж и перестал её ждать. Она по хозяйски взобралась на крышу сарая, уселась на одеяло, взяла в руки бинокль и сказала:
-Ну, на чём мы остановились?
-Ты о чём, спросил я думая, что она спрашивает про гадание.
-О звездах и планетах, которые кружатся вокруг них. Откуда ты всё это знаешь, из книжек, спросила она.
-Нет, ответил я, не всё из книжек. Я уселся на одеяло начал рассказывать ей о Млечном пути, звездах и планетах, о спутниках летающих вокруг Земли, о Юрии Гагарине, полетевшем в этом году в космос, о своих снах и видениях…
Она слушала внимательно не перебивая и только иногда искоса поглядывая на меня.
Так продолжалось все лето, она приходила и мы молча ложились на одеяло, чтобы лучше видеть небосвод, а я рассказывал…
Однажды, дело было уже к осени, она не пришла и её долго не было. Я пошел на рынок чтобы спросить у матери про Лянку, но та только зыркнула на меня своими большими карими глазами и тихо прошипела: «уходи, парень»…
Где-то в середине сентября ночью я одиноко сидел на крыше, когда кто-то тихо вошел через калитку и на крыше появилась Лянка. Я рванулся к ней, но взмахом руки она остановила меня и тихо прошептала:
— Меня отдают замуж в соседний табор и я пришла попрощаться, больше мы уже не увидимся…
Я открыло было рот, чтобы спросить, но она зажала мне рот руками, потом резко отняла руку, обняла меня и поцеловала в губы.
-Прощай, сказала Лянка, — и спасибо тебе, ты многому научил меня. Никому не говори, что я приходила. Она стремительно спустилась по лестнице и умчалась прочь, только громко хлопнула калитка…
…Прошло много лет, я уже закончил техникум, успел немного поработать, когда мне по адресу прописки пришла повестка в военкомат. Проводы на вокзале были не долгими, гремела музыка, когда сквозь толпу провожающих родственников и друзей я заметил группу пробирающихся цыган. Среди них выделялась высокая красивая цыганка, которая вела за руку ребёнка, рядом с ними шёл красивый цыган. Это была она, Лянка, я хотел окликнуть её, но у меня перехватило горло и я только смотрел ей вслед. Вдруг, она повернулась в сторону вагона, на подножке которого я стоял, остановилась и махнула мне рукой… Больше мы с ней виделись…