В «Зоне отчуждения» — весна!
Стены бывшего завода обвалились,
Сталкерам сегодня не до сна —
Им туда, где ветры помолились.
За истерзанную жизнь простых людей,
За уставшее от горя многоточие,
За проблемы истинных идей
И за суть пути, за средоточие.
Путь «По Зоне» требует души,
Чуткости, внимания и страха,
А вокруг ромашки… Ни души…
Не чирикает давно тут даже птаха.
Химикатами пропитана земля,
И озёра тут, как на Сатурне, —
Чёрно-бурые, сухие тополя,
И слова тут больше нецензурны.
Выброс ранил белое лицо,
Покалечил рваные устои,
И сомкнулось адово кольцо,
Только Сталкер — он всё тот же стоик.
Выдернули шнур из-под земли,
Дверь открылась в земляные долы,
И увидели мы мир: он весь в пыли,
В копоти — любовь и частоколы.
Монстры ждали нас, но острые ножи
Вырезали часть хлопот и «смысла»,
А причуды красоты и лжи
Высчитали в днях простые числа,
По которым завершится серый день,
Может, год, эпоха или эра…
Вышли из потёмков, вот и пень,
На котором галстук пионера
Обветшал уже, познал беду,
Качество измены, пропаганды,
Но всё верит в вещую звезду,
Находясь у Бога в прейскуранте.
На заржавленных путях стоит состав,
Обгорел когда-то по приказу…
Есть у Сталкеров свой собственный устав,
Писаный ночами по лампасу.
В «Зоне отчужденья» тишина…
Раскатали тракторами призрак,
Только вот на ком висит вина,
И не молится за мир архиепископ?
Кемерово — Кузбасс