200 тел лежат на Эвересте. Некоторые служат указателями

На высоте 8 500 метров, у северо-восточного гребня Эвереста, в известняковой нише лежит тело в неоново-зелёных ботинках. Оно лежит там с 1996 года. Все, кто идёт на вершину с этой стороны, проходят мимо. За 28 лет с ним здоровались тысячи альпинистов. Многие знают его только как «Зелёные ботинки».

Его настоящее имя, предположительно, Цеванг Палджор — индийский альпинист, погибший в буре 10 мая 1996 года. Он свернулся в нише, пережидая шторм, и замёрз. Тело идеально сохранилось в холоде и стало ориентиром: «Когда дойдёшь до Зелёных ботинок — до вершины остаётся три часа».

На Эвересте лежат больше двухсот тел. Их невозможно спустить. Выше 8 000 метров — «зона смерти». Кислорода в воздухе — треть от нормы. Каждый шаг — подвиг. Собственное тело весит как чугунная ванна. У спасателя просто не хватит сил тащить себя и ещё 80 килограммов замёрзшего тела по вертикальной стене.

Вертолёт не может подняться на такую высоту — воздух слишком разрежен для винтов. Некоторые тела пытались сбросить в расщелины, чтобы скрыть от глаз. Некоторые сдувало ветром. Большинство просто лежат.

Есть тела, мимо которых приходится перешагивать. Есть участок, неофициально названный «Радужной долиной» — не из-за красот, а из-за разноцветных курток погибших, пестреющих на белом снегу.

Дэвид Шарп умирал на глазах у сорока альпинистов в 2006 году. Он сидел у тропы, ещё живой, медленно замерзая. Мимо него прошли около сорока человек вверх и вниз. Некоторые остановились. Один дал ему кислород. Но никто не мог нести его вниз — на высоте 8 600 метров это самоубийство для спасателя. Шарп умер. Его тело до сих пор сидит у тропы.

Эверест — не самая сложная гора в мире. Но он самый высокий — и это притягивает людей, для которых вершина важнее возвращения. Каждый сезон кто-то остаётся навсегда. Гора не забирает тела. Она их коллекционирует.