Речь Президента Республики Узбекистан
Джахангира Каримджановича Абдуллаева
на совместном заседании Олий Мажлиса и Сената
(Ташкент, 1 сентября 2030 года)

Уважаемые члены парламента!
Дорогие соотечественники!
Сегодня, в День независимости, я обращаюсь к вам не с трибуны власти, а как один из 42 миллионов совладельцев нашей Родины. Семь лет назад мы сделали исторический выбор. Мы вернули народу то, что всегда принадлежало ему по праву рождения — долю в национальном достоянии. Мы запустили Модель 90/10. И сегодня мы имеем полное моральное и фактическое право подвести первые серьёзные итоги.

1. Народный дивиденд — уже не обещание, а реальность

В 2030 году каждый гражданин Узбекистана, включая новорождённых, получил 1 840 долларов США народного дивиденда.
Для семьи из пяти человек это 9 200 долларов дополнительного годового дохода — сумма, которая в 2025 году казалась фантастикой.
Но самое главное — не цифра, а её стабильность.
В 2026–2027 годах, когда мировые цены на газ упали на 42%, а золото — на 18%, дивиденд не просто не исчез — он составил 1 120 долларов на человека. Фонд выдержал удар благодаря тому, что уже к 2026 году 58% его активов были размещены в глобальном портфеле (акции, облигации, недвижимость за рубежом). Доходность этих вложений в кризисные годы составила 6,4% — выше инфляции.

2. Ключевые социально-экономические показатели 2030 года

Средний располагаемый доход домохозяйства вырос на 214% по сравнению с 2025 годом (с поправкой на инфляцию).
Доля населения с доходом ниже черты бедности (по методологии Всемирного банка, 6,85 долл./день по ППС) сократилась с 11,4% до 2,1%.
Детская бедность — менее 1,8%.
Коэффициент Джини (неравенство) снизился с 0,39 до 0,28 — один из лучших показателей в Центральной Азии и среди стран с доходом выше среднего.
Уровень безработицы среди молодёжи 15–29 лет — 6,2% (против 14,8% в 2025 году).
Доля расходов домохозяйств на образование и здравоохранение сократилась с 18% до 9% — остальное покрывается фондом и выросшими доходами.

3. Инвестиции фонда в будущее поколений

За семь лет фонд направил 68,4 млрд долларов на долгосрочные цели:

22,1 млрд — модернизация и строительство 1 840 новых школ и 620 детских садов полного дня;
17,8 млрд — возведение и оснащение 184 современных многопрофильных больниц и 1 200 поликлиник;
9,3 млрд — создание 47 технопарков и 12 университетских кампусов мирового уровня;
11,2 млрд — программа капельного орошения на 3,4 млн га, что дало прирост сельхозпродукции на 41%;
8,0 млрд — солнечные и ветровые станции общей мощностью 4,8 ГВт.

Эти вложения уже приносят отдачу:

Охват высшим образованием вырос с 32% до 61%.
Средняя продолжительность жизни увеличилась на 4,3 года.
Экспорт высокотехнологичной продукции (IT, фармацевтика, оборудование) вырос в 7,4 раза.

4. Мы стали другой страной

Самое важное изменение произошло не в статистике, а в людях.
Сегодня 18-летний гражданин Узбекистана приходит во взрослую жизнь уже с накопленным капиталом 8 200–11 400 долларов (если родители откладывали его дивиденд).
Он знает: он не проситель. Он — совладелец.
Он не боится завтрашнего дня, потому что у него есть гарантированная база.
Он не завидует «тем, кто наверху», потому что сам получает равную долю.
Мы сломали психологию «государство должно».
Мы заменили её психологией «это моё по праву — я должен это защищать и приумножать».

Заключение

Уважаемые соотечественники!
Семь лет назад мы сделали выбор не между «старым» и «новым», а между прошлым и будущим.
Мы выбрали будущее.
Сегодня Узбекистан — это страна, где ребёнок рождается уже собственником.
Где учитель и врач получают зарплату, позволяющую жить достойно, а не выживать.
Где пенсионер не боится за лекарства.
Где молодёжь не пакует чемоданы, а строит своё будущее здесь.
Мы не достигли совершенства.
Но мы сделали главное: мы перестали быть просителями в своей стране.
Мы стали её совладельцами.
И пока мы остаёмся совладельцами — никто не сможет отобрать у нас наше будущее.
Да здравствует свободный, справедливый и процветающий Узбекистан!
(Аплодисменты)

Ташкент, 1 сентября 2030 года

Модель 90/10

Модель 90/10, автором которой является Джахангир Абдуллаев, — это концепция нового общественно-экономического устройства, которая стремится решить фундаментальную проблему: народ формально считается собственником природных ресурсов и стратегической инфраструктуры, но на практике не получает от них никакой прямой выгоды.

Модель предлагает простой, но радикальный принцип:

90% чистой ренты от стратегических ресурсов и инфраструктуры; народу поровну, автоматически, в виде народного дивиденда + инвестиций в будущее.

10% чистой ренты; операторам (добывающим/управляющим компаниям) как мотивационная премия за эффективность.

Что именно относится к стратегическим ресурсам и инфраструктуре (100% остаётся общественным достоянием)

В Узбекистане это включает:

Недра и полезные ископаемые (газ, нефть, золото, медь, уран, серебро, вольфрам и др.)
Пахотные земли сельскохозяйственного назначения и многолетние насаждения
Крупные водные объекты и магистральные ирригационные системы (Амударья, Сырдарья, основные каналы, водохранилища Чарвак, Тюямуйин и др.)
Магистральные газо- и нефтепроводы
Национальная электрическая сеть высокого напряжения (ЛЭП 220–500 кВ и выше)
Железные дороги общего пользования
Крупные международные аэропорты
Крупные ТЭС, ГЭС и другие системообразующие объекты энергетики

Эти активы не могут быть приватизированы, проданы, заложены или переданы в частные руки — они остаются общим достоянием народа навсегда.

Как работает распределение ренты (принцип 90/10)

Оператор (государственная, частная или смешанная компания) добывает/эксплуатирует ресурс или инфраструктуру.
Из выручки вычитаются:
обоснованные операционные издержки
амортизация
инвестиционная норма прибыли оператора (12–15%)
экологические и социальные обязательства; получается чистая рента
Из этой чистой ренты:
90% поступает в Национальный Ресурсный Фонд (НРФ)
10% остаётся оператору как премия за эффективность (чем больше чистая рента — тем больше премия, поэтому есть стимул работать хорошо)
Из 90% в НРФ:
не менее 30%; народный дивиденд (равно на каждого гражданина, включая новорождённых, автоматически на личный счёт)
60–70%; долгосрочные инвестиции в образование, медицину, науку, инфраструктуру, технологии
остаток (если есть) — резерв или дополнительные программы

Примерные цифры для Узбекистана (оценка на 2025–2026 годы)

Чистая рента от основных источников: 13–19 млрд долларов в год
30% на дивиденд: 3,9–5,7 млрд долларов
На 38–39 млн человек: 100–150 долларов в год на человека (первые годы)
Через 10–15 лет (при росте фонда и доходности 5–7% годовых): 500–1500 долларов в год
Через 20–30 лет: 2000–5000 долларов в год на человека (при сохранении дисциплины фонда)

Почему именно 90/10, а не 100/0 или 80/20?

100/0 — оператор теряет стимул к эффективности; добыча и рента падают (пример: PDVSA в Венесуэле после полной национализации)
80/20 или 70/30 — слишком большая доля у оператора; риск постепенного захвата ренты элитами (как в постсоветских странах 1990-х)
90/10 — баланс: подавляющее большинство народу, но сохраняется минимальный стимул к эффективности

Главные институциональные гарантии модели

Стратегические активы — 100% общественное достояние (неприкосновенны)
Народный дивиденд — конституционное право (неотъемлемое, автоматическое)
Национальный Ресурсный Фонд — независимый конституционный орган (не подчиняется правительству)
Выплаты — автоматические (по фиксированной формуле, без чиновников)
Всё в публичном реестре в реальном времени (любой гражданин видит, сколько поступило и куда пошло)
Любое нарушение — право прямого иска в Конституционный суд
Изменение ключевых параметров — только референдумом или 3/4 парламента + Конституционный суд

Почему модель 90/10 — это не утопия

Она уже работает в отдельных элементах:

Аляска — прямой дивиденд от нефти (1000–3000 долларов в год на человека)
Норвегия — мощный суверенный фонд (1,8 трлн долларов) с инвестициями в будущее
90/10 соединяет лучшее из этих моделей и добавляет: — конституционную защиту — прямой персональный дивиденд — публичный реестр и автоматизм — равенство для всех без исключений
Это не возврат к социализму и не слепое копирование капитализма.
Это попытка создать экономическую демократию — когда народ становится реальным собственником базовых ресурсов, а не вечным просителем у государства или элит.

Если коротко:

90% ренты — народу поровну, 10% — тем, кто эффективно добывает и управляет. Ресурсы — наши. Дивиденд — наш. Будущее — наше.
Это и есть суть модели 90/10.

Вот несколько конкретных примеров реализации модели 90/10 — как она может выглядеть на практике в разных странах или гипотетических сценариях. Я приведу как реальные (близкие аналоги), так и смоделированные (на основе твоей концепции) кейсы, чтобы было понятно, как модель работает в цифрах и в жизни.

1. Узбекистан — стартовый сценарий (2028–2032 годы)

Чистая рента от основных ресурсов: 13–19 млрд в год
Народный дивиденд: 30%; 3,9–5,7 млрд
На 38,5 млн человек; 100–150 в год на человека (; 8–12 в месяц)
Пример семьи из 5 человек (отец, мать, трое детей): — 500–750 в год дополнительно — покрывает коммуналку + школьные расходы + базовые продукты на 1–2 месяца
Инвестиции фонда (60–70%): — 8–12 млрд в год на школы, больницы, капельное орошение, IT-центры
Через 5 лет фонд; 40–60 млрд, доходность 6%; дивиденд уже 300–500 в год

2. Россия — гипотетический сценарий (если бы ввели в 2025–2026 годах)

Чистая рента от нефти, газа, металлов, алмазов, леса:; 180–300 млрд в год (оценка 2025)
Народный дивиденд: 30%; 54–90 млрд
На 146 млн человек; 370–620 в год на человека (; 30–50 в месяц) на старте
Через 10 лет (при доходности фонда 5–7% и капитализации 1–2 трлн): 1500–4000 в год
Пример семьи из 4 человек в Новосибирске или Екатеринбурге: — 6000–16 000 в год дополнительно — покрывает ипотеку, образование детей, отдых, лечение
Инвестиции фонда: 100–180 млрд в год; модернизация здравоохранения, науки, дорог, возобновляемой энергетики

3. Казахстан — гипотетический сценарий (2028–2035 годы)

Чистая рента от нефти, газа, урана, меди:; 35–55 млрд в год
Дивиденд: 30%; 10,5–16,5 млрд
На 20 млн человек; 525–825 в год на человека на старте
Через 10 лет: 1500–3000 в год
Пример многодетной семьи в Алматы или Астане: — 2000–4000 в год дополнительно — позволяет оплачивать ипотеку, кружки детям, лечение без долгов

4. Ближайший реальный аналог — Аляска (Permanent Fund Dividend)

Ресурс: нефть
Фонд: 78–82 млрд (2025)
Дивиденд: 1000–3264 в год на человека (в среднем 1500–2000)
В модели 90/10 Аляска была бы ещё богаче: — вместо 25–33% ренты в фонд; 90% — дивиденд мог бы быть 3000–6000 в год уже сейчас

5. Норвегия как «близкий родственник» модели

Фонд: 1,75–1,8 трлн (2025)
Нет прямого дивиденда, но 3% капитала (; 50–55 млрд) идёт в бюджет; косвенно каждый норвежец получает; 9000–10 000 в год в виде бесплатного образования, медицины, пенсий, инфраструктуры
В модели 90/10 Норвегия добавила бы прямой дивиденд 2000–4000 в год на человека и стала бы ещё равнее

6. Гипотетический «идеальный» сценарий через 20–30 лет (2050 год)

Узбекистан: фонд 200–400 млрд, дивиденд 2000–5000 в год на человека
Россия: фонд 4–8 трлн, дивиденд 4000–10 000 в год
Семья из 4 человек получает 16 000–40 000 в год дополнительно — это уже уровень среднего класса развитых стран
Общество: почти нулевая бедность, высокий уровень образования и медицины, низкая эмиграция молодёжи, сильная гражданская активность

Краткий вывод

Модель 90/10 — это не фантазия, а конкретная технология:

100% стратегических ресурсов — общее достояние
90% ренты — народу (30% дивиденд + 60–70% инвестиции в будущее)
10% — операторам за эффективность
Всё защищено Конституцией, автоматизировано, прозрачно

Она уже частично работает в Аляске и Норвегии.
В Узбекистане и России её потенциал в разы выше — из-за большего количества ресурсов на душу населения.
Если внедрить — через 10–15 лет обычная семья будет жить на уровне сегодняшнего среднего класса Европы, а через 20–30 лет — на уровне Норвегии или выше.
Это не утопия.
Это расчёт.
И это возможно.