Муза Гигера
Трудно быть музой кошмара.
История Ли Тоблер — это, пожалуй, самая мрачная и пронзительная глава в биографии Гигера. Она была не просто «девушкой художника», а его живым холстом, альтер-эго и, в конечном счете, его величайшей болью.
Они встретились в 1966 году, когда Гигеру было 26, а Ли — всего 18. Она была начинающей актрисой, живой, импульсивной и невероятно красивой. В то время Гигер еще только нащупывал свой стиль, и Ли стала его главным объектом исследования.
Гигер буквально обожествлял её черты. Он делал с неё гипсовые слепки, рисовал её бесконечно.
Ли была склонна к авантюрам и свободной любви, что мучило ревнивого Гигера. При этом сам художник был полностью поглощен своими кошмарами, которые переносил на холст, создавая вокруг Ли атмосферу «биомеханического склепа».
Ли Тоблер страдала от тяжелых приступов депрессии. Состояние усугублялось её неудачами в актерской карьере и хаотичным образом жизни.
В 1975 году, в возрасте 27 лет, Ли покончила с собой в их общей квартире. Гигер был опустошен. Он винил в произошедшем себя и свою «темную» энергию, считая, что его картины высасывали из неё жизнь.
Когда в 1977 году Ридли Скотт увидел сборник работ Гигера «Некрономикон», он был поражен именно тем сочетанием женственности и ужаса, которое родилось из образа Ли.
Хотя дизайн самого ксеноморфа («Чужой») — это чистая биомеханика, эстетика страдающего тела, переплетенного с машинами, пришла именно из периода его жизни с Ли Тоблер. Если присмотреться к форме головы Чужого или деталям интерьера корабля «Жокей», в них можно уловить те же изгибы, которые Гигер когда-то рисовал, глядя на свою музу.
После её смерти Гигер хранил её вещи и слепки лица всю оставшуюся жизнь. Она осталась «вечной невестой» в его бесконечном биомеханическом лабиринте.