Псевдо-просветление
Псевдопросветлённый всегда одевается в формы имени, в формы роли, в формы образа, а истинное просветление не имеет форм, образов, ролей и формы имени.

Перед лицом безличной угрозы исчезновения каждый дремлющий пытается сохранить своё присутствие, своё значение, своё имя, свои приметы, свою биографию и свои следы.

В истинном просветлении нет ничего своего и чужого, нет ничего личностного и обособленного, нет ничего собственного, принадлежащего и именуемого.

Ощущение одиночества усиливается там, где нет имени, которое связывает с миром.

Ощущение одиночества усиливается и обостряется там, где нет имени, которое связывает тебя с миром, с другими.

Имя — это щит против неопределённости.

Создание имени, это стратегия психологического выживания в мире бессмысленности и бесследности, и растворяемости.

Имя — это плод страха исчезнуть без следа в бесконечности.

Имя порождено страхом исчезнуть без следа в беспредельном универсализме всеединого разума.

Кто боится исчезнуть в хаосе или в неизвестности, тот порождает имена, за которыми он следует как за кругом спасения в океане хаоса.

Имя следует рассматривать как рецепт против безымянного, против бесследности, против беспредельного нуля.

Страх безымянности, страх нераспознанности всегда обозначает себя самым распознанным, самым узнаваемым и всепризнанным именем.

Псевдопросветлённый, это ходячее имя, которое привлекает к себе всех, как к рецепту против безымянности и неопределённости.

Без имени человек остаётся пленником собственного страха одиночества, когда он зависит от имени, когда он смотрит на себя и мир через обозначение имени.

Кто боится смерти, кто подвластен смерти, тот всегда обозначает себя именем, которое обозначает какое-то преимущество или силу.

Страх не быть названным, неузнанным, ненужным, непонятым, неуслышанным — это корень тревоги заблудиться и пропасть безымянным, и неузнанным в безызвестности.

Имя — это средство упорядочить хаос неопределённой жизни, чтоб избежать безымянности, бесследности, неотвратимости.

Имя — это психологический якорь, который удерживает в мире неизведанного на плаву.

Страх ассимилироваться в безликую бездну создаёт потребность спасти себя в границах имени.

Имя — это гарантия, что каждый не растворится в безысходности, неизвестности.

Каждое имя — это продление борьбы с внутренним страхом одиночества.

Каждое имя — это продление борьбы за различия, за отличия, за своё узнаваемое присутствие.

Одиночество, в безымянной пустоте, становится непереносимым феноменом для каждого дремлющего, для каждого псевдопросветлённого.

Псевдопросветлённый всегда вас обозначает и выдаёт вам ваше духовное имя, так как он подсознательно не терпит и не выносит безымянности.

Имя — это символ борьбы с различиями, символ борьбы за отличительность, символ борьбы со страхом исчезнуть, как безымянный.

Страх неизвестности — это первопричина человеческой потребности в назывании и в именах.

Все, кто отождествляют себя с именами прежних воплощений, боятся исчезнуть в беспредельном нуле.

Страх неизвестности — это первопричина человеческой потребности называть себя в этой жизни именем предыдущих воплощений.

Имя помогает спастись от безбрежной неопределённости.

Кто боится раствориться в неразличимом, тот обозначает себя именем, обозначает себя именитым воплощением предыдущей жизни.

Без имени мир становится холодным, неразличимым и чуждым лабиринтом страхов для каждого дремлющего.

Имя вызывает ассоциации безопасности среди теней страхов неопределённости, среди теней страхов ненужности.

Кто боится одиночества, тот всегда ориентируется на то, чтоб уцелел взаимообмен, взаимодействия с дремлющими.

Уметь взаимодействовать с дремлющими, вас этому учит тот, кто сам опасается остаться один без никого.

Кто не боится одиночества, тот не опасается и не уделяет острое внимание, уцелеют ли взаимодействия с дремлющими.

Там, где опасаются, что могут разрушиться взаимодействия с дремлющими, там никто в себе не познал неразрушимое.

Кто прикоснулся к истине, тот уже не опасается, что рухнут взаимодействия с дремлющими, так как всё истинное никогда не рушится, а рушится только иллюзия.

Желание быть названным и узнанным регулярно возвращается из глубин страха заблудиться в хаосе, в неизвестности, в безымянности, в неразличимости.

Однородность Бога неразличима, потому что в недвойственности отсутствуют различия.

Имя спасает от безусловной угрозы экзистенциального исчезновения.

Одиночество усиливается и обостряется, когда нет никого, кто бы мог произнести твоё имя, кто бы мог озвучить твоё присутствие.

Имя рождается как протест против непредсказуемой безымянной неуловимости.

Страх исчезнуть под давлением неизвестности — это движущая сила, которая создаёт, куёт в своей кузне имена преимущественного значения.

Имя — это воплощённая надежда, в которой все мечтают не стать безликой тенью в чужом мире неизвестности.

Без имени человек теряет связь со временем своей жизни, но времени не существует в сфере просветления.

Имя — это метка на карте ума, созданного страхом заблудиться и пропасть в неопределённости.

Страх одиночества подталкивает дремлющих к формированию уникального имени, которое бы имело преимущественное обозначение.

Всем нужны имена, чтоб дополнять свои недостатки и бессилие перед лицом неизвестности, перед лицом хаоса.

Имя — это спасение дремлющих.

Имя — это голос спящих в пустоте, в котором все борются за своё присутствие.

Без имени дремлющие ощущают себя словно они призраки, затерянные в безбрежной пустоте страха и бесконечного одиночества.

Имя нужно всем, чтобы не потеряться в хаосе, чтоб не пропасть в безымянности.

Имя — это якорь, помогающий удержаться в шторме бессмысленности, в тайфуне бесследности, в буране безымянности.

Имя — это маяк, помогающий удержаться в шторме поближе к берегу определённости.

Без имени дремлющие ощущают себя гербарием, унесённым ветром тайфуна безымянности.

Имя создаёт твердую точку в хаосе неопределённости, в хаосе бессмысленности.

В мире, в котором дремлющие держатся цепко и крепко за границы, за смыслы и определения, понимают первое правило навигации — это имя.

Имя — это свет, освещающий тёмное бездорожье безымянности и бесследности.

Во тьме неизвестности, дремлющие освещают дорогу своим именем, чтоб не потеряться и не пропасть в безымянности.

Без имени мы растворяемся в бескрайнем море непредсказуемости, потому что мы есть это море реальности.

Имя — это защитный механизм от исчезновения себя и исчезновения своего присутствия.

Имя — это защитный механизм от исчезновения себя.

Кто не понял, кем он есть в бесконечности, тот продолжает спасаться за счёт имени, образа, времени и границ.

Потерять имя, это значит раствориться в бесконечности.

Кто боится забыть себя в безграничности без имени, кто боится потеряться в неизвестности без имени, тот живёт ради имени, чтоб не забыть себя в рамках границ.

Имя — это фильтр, отделяющий дремлющего от хаоса, в котором таится пробуждение.

Любая неизвестность становится терпимой, если у дремлющего есть имя, образ, роль, статус, титул, звание и предназначение.

Имя — это мост между внутренним миром и внешним миром общества.

Имя — это первая линия обороны личности в мире неопределённости и хаоса.

Без имени каждый дремлющий становится частью безликой массы в театре теней.

Имя — это форма порядка в безмерном потоке непредсказуемости.

Имя — это отношение к безымянности с интонацией опасения.

Имя — это личный сигнал спящего в потоке анонимности и бессмысленности.

Удержать имя своё перед смертью, это значит не понимать тайны жизни и смерти.

Удержать имя, это значит временно уцелеть среди бесконечных возможностей.

Удержать имя, это значит ограничить себя в своих природных возможностях.

Удержать себя среди бесконечных возможностей за счёт имени, значит утратить эти безмерные возможности.

Имя отражает выбор спящего, чтоб существовать в мире определений, ловко избегая неопределённости и безымянности.

В каждом имени сокрыта защитная и преимущественная сила, которая спасает от растворения в бессмысленности и в неизвестности.

Имя — ограниченная осмысленность в хаотической безмерной вселенной.

Забвение имени — это шаг в пропасть неощущаемого и бесследного забвения.

Имя даёт спящим право быть замеченными, нужными и учтёнными, и именитыми, признанными, особенными и уникальными в своих снах.

В мире без имени нет точек опоры для спящего.

Имя — это метка, указывающая на конкретное существование в абстрактном пространстве, в котором всё безымянно.

Без имени личность становится краской, размытой в океане бессмысленной абстрагированности и безымянности.

Имя помогает оформлять опыт и придавать ему смысл, но в безымянности отсутствует опыт, который обусловлен именем.

Имя — это инструмент против размывания собственной истории, собственной биографии в безличности, в бесследности, в безымянности.

В непрерывном потоке бытия имя — это якорь, это орудие для борьбы за различия, для борьбы за отсрочку собственного исчезновения.

Чтобы не пропасть в бездонной пустоте, необходимо иметь имя и смысл, границы, статус, титул, биографию и значение в обществе.

Имя неизбежно связано с ощущением собственной устойчивости в потоке неопределённых и непредсказуемых событий, ситуаций и обстоятельств.

Каждое имя — это пространство для самоопределения в лабиринте самообмана.

Наше имя — это первая строчка нашей личной биографии и нашей личной истории, и судьбы.

Ни одно сонное царство не может быть полно без имени, придающего форму и преимущественное значение.

Имя — это голос, звучащий в пространстве страха одиночества.

Если дремлющий потеряет имя, это всё равно, что потерять карту в неисследованной пустоши, в которой нет следов, путей, указателей и маршрутов.

Без имени каждый дремлющий ощущает себя песчинкой, которая унесённая тайфуном бесформенности и бесследности.

Имя — это средство борьбы с размыванием личности в потоке безвременности и безымянности.

Имя даёт спящим возможность нащупать своё присутствие среди непредсказуемости.

Без имени у каждого спящего исчезает понимание своего места в мире, исчезает понимание места силы, места преимуществ, место под солнцем.

Имя позволяет спящему не растворяться в бездне неопределённости и бесследности.

В мире, где всё ежесекундно меняется, имя — это постоянный опознавательный знак для того, чтоб уцелеть в размываемых непрерывных изменениях.

Когда нет имени для каждого из вас, тогда для каждого из вас исчезает ощущение себя.

Имя — это спасательный круг в океане бесформенной безымянности и бесконечности. Имя — это один из основных механизмов сохранения себя и своего смысла в мире неопределённости и неизвестности.

Без имени дремлющий, словно корабль без флага, без штурвала, дрейфующий в океане чуждых течений, но пробуждённый разум — это и есть этот безмерный океан без имени, без флага, без карт, без компаса, без маяка, без маршрута, без судна, без штурвала, без защиты, без спасательного круга.

Имя помогает сформировать личность, отделяя дремлющих от бесформенного «ничто».

Узнавая своё имя, каждый дремлющий впервые ощущает и понимает своё место в мире, своё место под солнцем.

Имя — это знак, обозначающий границы личности в бескрайних просторах океанического хаоса.

Имя даёт преимущество в коммуникации и во взаимодействиях, и социальной адаптации, и в искусственном социальном отборе.

Имя — это сила для спящих.

Имя — это сила для социальной адаптации, для религиозной адаптации.

Самоидентификация невозможна без имени, как базового маркера, в котором акцентированно обрисовано «Я».

Имя, это не только звуковой ярлык, звуковой штамп, но и внутренний код выживания, в придуманном мире спящих.

За именем прячется наша уязвимость, наши недостатки, наши слабости и одновременно наша сила, наша идея добра и зла.

Имя помогает нам ощущать своё присутствие во времени, в звуках и движении.

Имя — это зеркало, через которое личность смотрит на себя и на мир как через свою действительность.

Имя — это окно, через которое личность смотрит на себя и на мир как на своё отношение к смерти, в своих сновидениях.

Всем нужно имя из-за страха смерти, потому что без имени всем кажется, что они пропадут во власти смерти.

Благодаря имени, дремлющие способны заявить о себе и быть узнанными, услышанными, прославленными и признанными.

Имя — это борьба с хаосом, имя — это средство от хаоса, это инструмент для создания защиты от безымянности и бессмысленности.

Духовное имя — это психологическое имя, которое даёт опору для формирования идентичности и личности, и биографии.

Истинное просветление не имеет биографии, а кто имеет биографию личности, тот никогда не был просветлён.

В истинном просветлении невозможно сформировать идентичность и биографию личности.

Имя — это опора социального признания и внутренней устойчивости перед лицом неопределённости.

Без имени дремлющий человек, это всего лишь тень, покорённая на сцене театра теней.

Через имя дремлющие противостоят безымянной пустоте внутри и снаружи.

В духовном плане бессмертие не нуждается в имени, так как бессмертие за пределами слов и именитых значений, и форм.

Имя служит щитом от страха пропасть и исчезнуть в забвении. Чем сильнее привязанность к имени, тем мощнее сновидение.

Самая глубокая мудрость и самое глубокое понимание разума можно обнаружить вне пределов имён, образов, ролей, масок, титулов и ярлыков.

Через имя дремлющие конструируют свою биографию, свой смысл и свою историю сновидений.

Имя — это средство защиты от обезличивания в неопределённости.

В истинной любви растворяются все имена и вся магия, и гипноз имён и названий.

Имя — это первый шаг к гипнозу своей отличительности.

Имя создаёт иллюзию постоянства в переменчивом мире, в котором всё исчезает ежесекундно.

Здесь и сейчас нет никакого имени, и нет ничего, что создано за счёт имени и названий.

Вся суть сновидений дремлющих и заблудших находится в имени.

Имя, это лишь отражение мимолётного образа, который исчезает ежесекундно со скоростью света.

Имя — это язык выживания в социальном лабиринте, а духовное бессмертие не разговаривает на языке выживания.

Каждый дремлющий раз, произнося своё имя, ищет подтверждение своего присутствия своей узнаваемости.

Безмерная и безымянная, и бесследная пустота, это вечный фон просветлённого разума, из которого рождаются безымянные цветы просветления.

Там, где рождаются имена и там, где создают реальность за счёт имён и названий, там нет истины, нет осознания, нет просветления.

Имя — это знак, который формирует наше восприятие себя с другими во сне.

В безымянности заключена свобода, в которой отсутствуют имена, названия и ярлыки.

Имя — это временный свет во сне.

Имя — это временный свет во тьме тленного мира.

Имя необходимо для взаимодействия, но оно не несёт в себе истинную суть.

Имя не спасает от исчезновения, но иногда помогает временно преодолеть страх исчезновения.

Освобождение от имени — это шаг к встрече с вечностью и шаг к встрече с настоящим бессмертием неизвестности, у которого нет начала и конца.

Имя — это наш социальный паспорт, без которого невозможно существовать во всеобщей религии «Я», во всеобщей религии «Мы».

Психология имени — это исследование границ между «Я» и «не Я», между всем и ничем.

Имя помогает сохранить отпечаток своих снов на поверхности времени.

В самом глубоком смысле мы — безымянные силы космического разума, скользящие по поверхности разных имён, как свет по разным теням.

Привязанность к имени — это знак сновидения, это знак страха перед исчезновением в безымянности.

Понимание того, что истинное бессмертие находится за гранью имён, именно такое понимание освобождает от страха исчезновения.

Всё, что измерено, вымерено и обозначено именем и названием, соткано из сновидений и тленных миров.

Размеры имени, линейка имени не сможет отмерять безразмерность безымянности.

Имя, это всего лишь инструмент выживания и самоидентификации в контексте именитых сновидений. В борьбе за присутствие все дремлющие всегда привязываются к имени как к своему преимущественному выживанию.

Для выживания дремлющим нужны имена, признания, титулы, именитые обозначения, звания, которые создают переправу через бездну хаоса, через бездну неопределённости.

Имя, это не только символ сновидений, но и щит сновидений, который помогает защититься от пустоты и безымянности.

Через имя дремлющие создают свои сны и утверждают своё право быть отличающимся.

Как бы не пыталась отличаться дремота от дремоты, дремота всё та же, всё с теми же именами и названиями, и ярлыками, и теми же структурами и системами.

Через имя дремлющие отстаивают своё право быть теми, что их защищает от обезличивания и от безымянности.

Самоидентификация невозможна без слова, без имени, поэтому имя управляет теми, кто не осознаёт в себе глубинную безымянную природу.

Имя — это фасад личности, имя — это биография иллюзий, развёрнутая перед миром всеобщего «Я».

Психологически имя — это первая социальная гавань, где человек учится быть понятым, учится быть услышанным, узнанным, важным, востребованным, опознанным и признанным.

Кто не понимает себя, тот прячется за именем от безымянной, бессмертной сути, которая выходит за пределы имени, слов, смыслов и объяснений.

Духовное бессмертие не нуждается в имени, потому что оно вне времени и формы, вне нужды, вне страха, вне границ.

Имя, это лишь временный след, а бессмертие — бесследная, бездонная глубина, не имеющая начала и конца.

Всё, что не имеет границ, не может именоваться, не может отмечаться именем и называться именем, не может отмечаться значением.

Человек создаёт имя, чтобы не раствориться в вселенской бездне, чтобы почувствовать своё присутствие, свои границы существования выживания.

Имя даёт ощущение границ, ощущение самоопределения, ощущение контроля в мире непредсказуемых процессов и хаоса.

Там, где вы замечаете, среди учителей, самоопределение через духовные псевдонимы, там вы никогда не найдёте просветление.

Самоопределение, через духовные псевдонимы и имена, показывает, где нет просветления, истины, духовного бессмертия и мудрости вечности.

Провозглашение духовного статуса, с помощью религиозных кличек или духовных имён, показывает всю недоросль псевдодуховности.

Там, где провозглашают духовные статусы с помощью религиозных кличек и духовных имён, там всё подвластно смерти и псевдодуховности.

Самоутверждение посредством духовных ярлыков, кличек и имён, транслирует только псевдопросветление, псевдодуховность.

Псевдодуховность соткана из самоопределения через духовные псевдонимы и имена.

Псевдодуховность, псевдопросветление соткано из самоутверждения посредством религиозных и духовных имён и ярлыков.

Псевдопросветление всегда объявляет о просветлённости через религиозные имена и ярлыки.

Псевдодуховность соткана из кричащих и отрекламированных объявлений о просветлении через религиозные значащие имена и ярлыки.

Псевдопросветление соткано из самоидентификации с помощью духовных титулов и прозвищ, званий и ярлыков.

Истинная духовность вне титулов, вне прозвищ, вне ярлыков, вне эго, вне самоутверждения.

Использование религиозных кличек для самопровозглашения о просветлении, об учителе, говорит только о псевдопросветлении, о псевдодуховности.

Демонстрация духовного пробуждения через имена и названия, и ярлыки, говорит только о псевдопросветлении, о псевдоразвитии, о псевдодуховности.

Самообъявление как просветлённого с религиозной атрибутикой, со словесной атрибутикой, говорит только о псевдопросветлении, о псевдодуховности.

Обозначение себя религиозной или духовной ролью, через имена, соткано из псевдопросветления, соткано из иллюзий.

Обозначение себя религиозной или духовной ролью, через словесную атрибутику, говорит только о сновидениях.

Самоидентификация с помощью духовных и религиозных ярлыков, и имён соткана из сновидений.

Безымянная пустота — это то, чего боятся те, кто прячется за значащими именами, ярлыками, статусами, титулами и званиями.

Там, где исчезают границы и различия, и ярлыки, там нет именитых, всепризнанных и отмеченных.

Имя — это щит дремлющих для защиты от безымянности.

Дремлющие прячутся за именами, боясь встретиться с безликой безымянной бесконечностью, в которой исчезают имена, звания, ярлыки, обозначения и метки.

Кто не освободился от имени, тот не сможет раскрыть подлинное бессмертие духа, подлинную безымянную глубину Духа.

В каждом имени есть своя история, свой миф и опыт, необходимый для формирования личности, которая защитит дремлющих от безымянности и обезличивания.

Там, где имя приносит преимущество, там всё обусловлено смертью.

Всё соткано из тленного мира, что является преимущественным за счёт имени.

Там, где сновидения, там имя приносит преимущества.

Имя приносит преимущество в мире социальных отношений, открывает путь к признанию и самоутверждению.

Имя приносит преимущество в мире сновидений.

Истинное просветление, истинная мудрость — это состояние без имён и ярлыков, и без преимущественных обозначений, символов и меток.

Имя приносит преимущество только в мире псевдопросветления, в мире псевдодуховности.

Страх безымянности — это страх исчезновения, но этот страх лишь иллюзия псевдопросветления.

Бессмертие не нуждается в знаках, в именах, в ролях, в преимущественных обозначениях, так как духовное бессмертие — это пространство, в котором имена теряют значение и свою роль, свой смысл, свой контекст.

Психологически имя укрепляет эго, усиливает гордыню, душа же стремится размыть, стереть границы эго, обозначение и метки эго.

Мы являемся безымянной бездной нетленного происхождения, в которой исчезают все имена и обозначения тленного мира.

Имя — это ярлык, имя — это форма, а форма имеет границы своего конца, но в бесконечности, которой мы являемся, отсутствуют формы, метки, границы, имена, обозначения и окончание.

Для современного сосуществования, в бренном мире, имя необходимо для выживания, но в вечности оно не нужно.

В себе, в своей глубине мы не имя, а бесконечное безымянное пространство, в котором имя лишь тень отражений мгновения.

Самоидентификация начинается с имени, но духовное развитие ведёт к освобождению от него, от его границ, от его фиксаций, от его обозначений, от его ярлыков, от его ограничений.

Истинное бессмертие — это растворение личного имени в безымянной непостижимой вечности, где мы становимся одной однородной бесконечностью.

Всё, что можно постичь за счёт имени — дым тленного мира.

Духовными именами прикрываются те, кто хочет казаться просветлённым, а не быть.

Духовными именами прикрываются те, кто сотканы из псевдодуховности.

Духовное имя — это маска, которую одевают, чтоб скрыть пустоту.

Истинное просветление не нуждается в ярлыках, в именах, а живёт в священных делах, которые бесследны, безымянны и прозрачны, как вечность.

Название, обозначение, звание и имя не спасёт душу.

Желающий казаться просветлённым, часто прячется за словами, за именами, за ярлыками, за атрибутами, за значащими обозначениями, чтобы скрыть страх быть иным.

Кто скрывает свой страх быть безымянным, тот всегда прячется за значащими именами.

Кто скрывает тот факт, что он ничего не достиг нового и превосходного в этой жизни, прячется за значащими именами, значащими мифическими знатными персонажами, называя их своим предыдущим воплощением жизни.

Кто нового не открыл в этой жизни, тот хвалится тем старым, которое принадлежит предыдущему воплощению жизни.

Желающий казаться лучше, чем он есть, желающий казаться просветлённым, часто прячется за воплощениями мифических персонажей, чтобы скрыть тот факт, что он в этой жизни неудачник.

Под чужим именем трудно жить своей правдой, так как иллюзия всепризнанного блеска быстро обнажается.

Кто в этой жизни не сделал открытий и ничего путного, тот придумывает для всех историю, что он является открытием предыдущих воплощений в лице мифических, именитых персонажей прошлого.

Внешняя пышность духовных титулов и имён, и прикрытие внутренней неуверенности и нежелания меняться, и углубляться в безымянные глубины всеединого сознания.

Просветление — это таинственный безымянный процесс внутренней бездонности, а не именитое шоу для спящей публики под влиянием знатного имени.

Свет духа не кричит о себе именами — он тихо горит в прозрачности как безымянное космическое пламя всеединого разума.

Владимир Бертолетов
Цитаты из книги «Тайфун истины прелюдия непроизносимых тайн»