Балерина
В пуантах пальцы стерты до крови,
Где канифолью смазаны футляры,
Балет он как последний раз в пути,
Фуэтэ 32 вокруг всех залов.
Слез больше нет, а только боль внутри,
Что словно яд, вдыхаемый с пожаром.
Застыла в позе, словно в вечной мгле,
Мечта, разбившись о суровый холод.
Глядит из зала трепетный народ,
Смотря на жертву, что не видит боли.
Лишь тело стонет, каждый нерв поёт
Прощальный гимн, в забытой своей воле.
Надломлена, как хрупкая струна,
Но держит стойкость, вечный зов искусства.
Пусть позади руины, тишина,
В глазах лишь отблеск догоревшей мудрости.
Последний взмах, последний поворот,
Как исповедь, что льется без стесненья.
И сердце замирает, бьет и рвет,
Отчаявшись найти успокоенья.
Но в этой боли высшая краса,
Что рвется ввысь, над суетой земною.
И лишь в глазах, где гаснут небеса,
Сияет свет, навеки, над тобою.