Он создал куклу, безмолвную, прекрасную,
Он любил, лелеял, защищал.
В ней видел он мечту свою несчастную,
Ей тайны сердца одного лишь открывал.
Ее лицо, как утренний рассвет,
Глаза, как глубина морская в штиль.
Он верил, что в ней кроется ответ,
На боль души, что съела его пыл.
Он ей шептал стихи, читал трактаты,
О жизни, о любви, о небесах.
И видел он, хоть и слегка невнятно,
Ответ в застывших, кукольных глазах.
Но кукла оставалась лишь молчаньем,
Не отвечала на его слова.
Лишь отражала взором состраданье,
И тишину ночного торжества.
Он понимал, что это лишь иллюзия,
Фантом любви, что в сердце он создал.
Но отпустить не мог он эту музу,
Что в мир фантазий его одна позвала.
И так он жил, в плену своей надежды,
О кукле говорящей он мечтал.
И утешал себя мечтой небрежной,
Что кто-то так же преданно б страдал.*