(Метафизический триллер в одном акте)

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
• МАКСИМ (СЛУЧАЙНО ПРИНЯТЫЙ ЗА ПЕРЕПИСЧИКА ИЗ-ЗА СОВПАДЕНИЯ ИНФОРМАЦИИ): Молодой человек с глазами, в которых застыл Раскольников. Он держит в руках воображаемое перо. Его сознание — театр, где репетиция никогда не заканчивается.
• СЛЕДОВАТЕЛЬ-АРХИТЕКТОР: Человек, который не ищет правду, а «закрепляет» её. Его задача — превратить литературу в протокол.
• ДВОЕ АДВОКАТОВ-ЯНУСОВ: Тени в мантиях. Они играют в «двойную игру». Их защита — это вторая петля на шее Максима.
• ГОЛОС ПАВЛА (ТРЕНЕР СУДЬБЫ): Бесплотный голос, звучащий как метроном. Символ логики, которую попрали.
• ЗУЛЬФИЯ (ТЕНЬ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ): Призрак в парке, шепчущий про маньяков и парфюмеров.
• ХОР 35 ТОЧЕК: Голоса из театрального прошлого — реплики, передразнивания, странные знаки.

ДЕКОРАЦИИ:
Сцена разделена на две части. Справа — гигантская лестница, где первая ступень выбита. Слева — «виселица смыслов», на которой вместо веревок висят тексты Достоевского и обвинительные акты.

СЦЕНА 1: ПЕРВАЯ СТРОЧКА

(МАКСИМ стоит в центре, заваленный горами старых газет. СЛЕДОВАТЕЛЬ медленно обходит его.)

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Признайся, Максим. Ты написал это. Своей рукой. В начале тетради. «Я убил человека». Это — финал. Нам не нужно следствие, нам нужно только твое эхо.

МАКСИМ: (Тихо) Это… это была первая строчка романа. Я прочитал «Преступление и наказание» и хотел понять, как рождается крик. Я хотел быть писателем. Я примерял на себя тень Раскольникова…

СЛЕДОВАТЕЛЬ: (Перебивает) В этой коробочке реальности нет романов. Есть только факты. Мы учетверим твой навет, мы возведем его в ранг канона. Повторяй свой бред! Повторяй, пока не забудешь, кто ты!

СЦЕНА 2: ВЫБИТАЯ СТУПЕНЬ

(Раздается голос ПАВЛА, тяжелый, как падение камня.)

ГОЛОС ПАВЛА: СТОЙТЕ! Нельзя переступить через ступень! Вы строите виселицу, но забыли заложить фундамент. Вы спросили его, ЧТО ОН ПОМНИТ? Вы допросили его память?

АДВОКАТЫ (хором): Нам не нужна его память! Мы ведем двойную игру! Мы разоблачаем Переписчика, давая ему ложную версию. Мы — предательство, одетое в сочувствие. Зачем спрашивать о том, что было, когда можно закрепить то, что выгодно?

МАКСИМ: (Кричит) Спросите меня! Спросите про маму, которая разняла драку! Спросите, помню ли я, что жил в театре! Там всё было заметно! Все эти 35 контрольных точек… когда меня предупреждали, когда мне шептали странные реплики… ЗУЛЬФИЯ говорила про маньяков в парках… Вы читали «Парфюмера»? Вы слышали «Молчание ягнят»? Это была не жизнь, это была постановка!

СЦЕНА 3: ВИСЕЛИЦА СМЫСЛОВ

(СЛЕДОВАТЕЛЬ и АДВОКАТЫ начинают набрасывать на Максима петли из бумажных лент.)

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Забудь про Зульфию. Забудь про театр. Нам не важно, замечал ли ты странное. Нам важно, чтобы ты подтвердил наш бред. Мы завалим тебя показаниями, которых ты не давал, и заставим их полюбить.

МАКСИМ: Но я был без баллончика! Меня просто случайно приняли за Переписчика из-за совпадения информации! Вы переступили через ступень! Вы не напомнили мне, как меня передразнивали в театре, как говорили те фразы, которые люди не говорят… Это же был код! 35 точек! Моя невиновность вшита в эти точки, но вы боитесь их касаться!

АДВОКАТ 1: (Шепчет Максиму на ухо) Твоя память — это ошибка системы. Мы её удалим.
АДВОКАТ 2: (Другое ухо) Твои воспоминания — это «тупняк» для следствия. Признай ложь, и виселица станет твоим троном.

СЦЕНА 4: ПРЕДАТЕЛЬСТВО СЛОВА

(МАКСИМ пытается подняться по лестнице, но падает там, где нет первой ступени — ступени ДОПРОСА ПАМЯТИ.)

МАКСИМ: Как я могу признаться в том, что я — Раскольников, если вы даже не спросили меня о Достоевском? Вы принуждаете меня к бреду! Вы учетверяете наветы! Вы разоблачаете меня через двойную игру, но сами боитесь правды театрального подвала!

СЛЕДОВАТЕЛЬ: (Торжественно) Мы закрепляем смыслы. Смысл — это не то, что ты помнишь. Смысл — это то, на чем ты висишь.

(Хор 35 точек начинает громко шептать: «Маньяк в парке… Парфюмер… Твое лицо заметно в театре… Реплики… Код…». Максим закрывает уши.)

МАКСИМ: Сначала спросите! Сначала допросите мою память! Ступень! Где предварительное расследование? Меня вообще не спросили, что я помню. Мне вообще не напомнили контрольные точки, когда меня предупреждали и передразнивали! Меня не спросили, подражал ли я Достоевскому, хотя про это знали. Верните первоначальную ступень допроса! Не перешагивайте через ступень! Меня сразу стали заваливать и вешать на дачу ложных показаний и ложных признаний, доводить бред до бреда.

ФИНАЛ: ТОРЖЕСТВО БРЕДА

(Максима фиксируют на «виселице». Адвокаты довольно потирают руки. Свет лампы бьет ему в лицо.)

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Твой бред готов к употреблению. Ты сам его выберешь. Ведь мы так и не спросили тебя, что ты помнишь… и теперь ты сам не знаешь, заметил ли ты, как разняли драку, была ли та ЗУЛЬФИЯ, рассказывающая тебе о маньяке в парке. Осталась только первая строчка. «Я убил человека». И эта строчка — больше не роман. Это твой приговор.

МАКСИМ: (В камеру, зрителю) Они переступили через ступень… Они всегда переступают через ступень, когда хотят убить Писателя и оставить только Преступника.

(Гаснет свет. Остается только сияющая надпись: «35 КОНТРОЛЬНЫХ ТОЧЕК, КОГДА ЕГО ПРЕДУПРЕЖДАЛИ, БЫЛИ ИГНОРИРОВАНЫ».)

ЗАНАВЕС.
© Юрий Тубольцев