На изумрудном острове
в лучах заката медного купаются луга,
вокруг застывших в вечности таинственных озёр,
покрыты диким вереском седые берега.
Лишь склонит Солнце голову за горные хребты,
выходит дева юная на флейте ночь играть —
в глазах звезды сияние, а в волосах цветы,
а в серебристой музыке — прохлады благодать.
Она ступает бережно по шёлковым лугам,
каймою платья белого, касаясь пряных трав,
а ветер следом сны несет, как преданный слуга,
и остров спит безоблачно до самого утра.
С рассветом слезы девичьи росою заблестят,
и небо эдельвейсами распустится над ней,
окинет остров тающей Луны прощальный взгляд —
что может быть прекраснее? Что может быть больней?