Чем был наш вечер до отвала сыт!
Оно смеркалось. Таяло навзрыд.
Светало. И к утру звалось весною
Отчетлива, как тушь на чертеже,
Судьба плыла вдоль страшного лекала
Пунктиром — через лампу вполнакала
И бедный пир на первом этаже.
Уже Нева давилась грязным льдом.
И горькое вино казалось пресным.
И было что-то дьявольское в том,
Как вороньё слеталось к переездам.
И было что-то ангельское в тех,
Кто успевал заплакать и обняться
Пред тем, как над землею приподняться
И кануть в равнодушной высоте.
И кто-то, прокричав про добрый путь,
Вставал в тупик пред новой пустотою…
О, кто-нибудь, кто помнит то, святое!..
О, кто-нибудь, кто помнит…
КТО-НИБУДЬ!